Оковы огня. Часть 2

Да, — существо понимающе вздохнуло. — Люди, всё всегда из-за них. Ну что же, я постараюсь помочь, брат мой.

Эверард позволил себе тихий облегчённый вздох. Его собеседник был довольно эксцентричен, даже безумен. На секунду подумалось, что, возможно, его когда-нибудь постигнет такая же участь. Безумие и одиночество. Но он сразу отмёл эти мыли — сейчас не до раздумий о далёком будущем.

— Помогу, да, — продолжал голос, — вот только, тебе придётся убедить братьев, что пришли раньше, отпустить тебя. Я же буду ждать в конце пути.

Всегда.

Наступила тишина. Давление вокруг Эверарда схлынуло, как будто его никогда и не было. Он снова мог двигаться, и, наконец-то, получилось сделать полный вдох. Затем в последний раз обвёл взглядом окружающую тьму, и вдруг в центре её, в той стороне, куда уводила каменная дорожка, вспыхнул белесый свет. Тусклое свечение пробивалось через толстые слои тьмы, как утренняя звезда через чёрные буревые тучи.

Пристальный взгляд Эверарда не отрывался от этой сверкающей точки, она манила его, звала.

Что-то на краю сознания, какая-то мысль подгоняла его вперёд, странное беспокойство вдруг овладело им. Оно не было связано с опасностью, угрожающей ему, ни с угрозой демонов Империи. Прежде, чем эта мысль обрела очертания, закрепилась в сознании, он сделал шаг.

Глава 16.2

Тьма расступилась волной. Мгновение, и вокруг не осталось и следа от окружавшего его мрака. В глаза ударил белоснежный свет, ослепивший на мгновение. Рука взметнулась сама собой в попытке защититься от этой яркости, и он проморгался, сгоняя непрошенную влагу с глаз, давая зрению прийти в норму.

Мир теперь предстал перед ним в чёрно-белом цвете. Земля будто впитывала яркий свет белого неба, не оставляя ничего. Само же небо — равномерно белое, на нём не было ни облака, не было на нём и солнца. Как показалось Эверарду, светился сам воздух. Герцог посмотрел вниз, на себя, и вздрогнул — кожа рук точно превратилась в чернила, под которыми пробивались тонкие ручейки ослепительно белых сосудов. Одежда тоже стала смесью чёрного и белого.

Никакого другого цвета не было ни на нём, ни вокруг него, кроме дороги из серого, пепельного камня под ногами.

— Что за проклятье? — Никогда ему не доводилось слышать о чём-то подобном. Замкнутый мир в замкнутом мире, да ещё и такой странный. На мгновение подумал, что безумие овладело им, и всё — это плод его повредившегося разума, но натренированное сознание и Воля, опять вздымающаяся мощной волной внутри, не оставляли сомнений.