Тишина камней

От Лиссо в его родном городке не спрятаться. Никто не уйдет от Лиссо!

Охотник с косичками и повязкой на глазу дотащил Ри до безлюдного тупика и швырнул к стене дома, как мешок с гнилой картошкой. Ставни тут же громко хлопнули и закрылись. Никто не хотел быть свидетелем преступления и ненароком накликать беду на свою семью.

Лиссо выхватил из-за пазухи длинный стилет с тонким лезвием.

Ри отполз в угол, глянул на длинную улочку, теряющуюся внизу в смеси красок какой-то яркой вывески. Люди, если и появлялись, то далеко и пытаться докричаться до них все равно, что просить дождя у безоблачной и ясной Лилиф.

Ри дышал часто и глубоко. Тошнота подступила к горлу. В какой раз он оказывался на расстоянии вытянутой руки от смерти? Как часто она дышала ему в лицо, обдавая ледяной изморозью? Он нащупал крючья в мешочке, подшитом к карману внутри, вспомнил гранитные выступы Макарири, наставления отца и понял, что сегодня не тот день, когда Думрок добавит его голову к тысячам мертвых голов в своей рыболовной сети.

Прозрачный камень отца лежал тут же, и стал приятно нагревать кулак, когда Ри сжал его.

– Отдай пийр, мальчишка, – зашипел Лиссо, – и тогда я убью тебя быстро. Он у тебя с собой? Или припрятал где?

– Я не понимаю о чем ты, – выдавил из себя Ри, сжав зубы и накапливая злобу.

– О камне, который достался тебе от матери, идиот! – охотник сплюнул и поправил повязку. Он приближался, поворачивая стилет, целясь им то в одну точку на теле Ри, то в другую, и ехидно щурился на здоровый глаз.

– Ког хочет этот камень. И я раздобуду его для Кога. Но он раскис. Он уже не хочет убивать дорогого племянничка.

Ты пойми: выкручиваться не стоит. Я все равно убью тебя. Пийр либо при тебе, и я просто заберу его, либо припрятан там, где ты живешь. Ты парень простой, на ухищрения не способный. Наверно, лежит под матрасом? Или в тряпке в сундуке? А уж я разузнаю о тебе все, ты не сомневайся. И где живешь, и что ешь на завтрак.

С кем потрахался, а с кем еще не успел. Друзья… Завистники… Выпотрошим любого, кто скроет о тебе хотя бы слово. Поэтому скажи, где камень и умри, иначе умрут и другие.

И вот Лиссо подошел почти вплотную, наклонился к Ри, ухватив за ворот кителя. Но в выходце из Энфиса, цнои от рождения и по вере, связанном узами с душами упрямых и несломленных предков, зарождалась в тот момент небывалая уверенность в своих силах.