Тишина камней

Из-за клетки выскочил крепкий мужик в одних штанах – рыжие волосы, закрученные концы усов, взгляд ищейки, поймавшей след.

Ри рванул с места.

– Лиссо! – легко перекричав всех торгашей, громогласно заорал еще один из охотников Когана Халлы.

“Услышьте меня, сущие, – помогите! Помогите!” – лихорадочно вспыхивали в голове Ри немые мольбы древним силам цнои. Он бежал что есть мочи. Как еще никогда не бегал. Перепрыгнул лавку, свалив ряды сапог и оттолкнув разинувшего рот барыгу, нырнул в узкую улочку. Плечом сильно задел стену, сложенную из отесанного камня и побеленную.

Выскочив на главную дорогу, он покрутил головой в попытке понять, в какой стороне возвышается шпиль городской ратуши, и, обнаружив ориентир, бросился в нужную сторону.

“Как долго дядя в Ноксоло? Знают ли город его подопечные? Куда бежать, чтобы не нашли? – вопросы возникали один за другим, поглощая друг друга и оставаясь при этом без ответа. – Откуда он знает, что я здесь? Или это совпадение? Возможно он прибыл в Ноксоло, чтобы продать близнецов.

Ри целенаправленно выбирал переулки потише и поуже. Пару раз под ноги вылили помои, и он чуть не споткнулся, когда нога попала в сточный желоб, выдолбленный краем вымощенной улочки. Главное не угодить в один из множества тупиков.

Ри успел самостоятельно выучить лишь несколько дорог: от казарм школы эклиотиков к рынку, к западному выезду на реку и на фонтанную площадь. С большей же частью городка его познакомил Таль Рек, ученик с курса постарше, с которым они делили комнату и быстро сдружились.

Ноксоло был расположен на холме у слияния двух речушек, а школа построена на самом его верху, поэтому путь к казармам шел по пологому подъему.

Все улочки походили одна на другую: побеленные, двухэтажные дома с ярко оранжевой черепицей жались друг к другу, соперничая разве что обилием растительности в распахнутых окнах.

Ри быстро запыхался и остановился, чтобы отдышаться. Осмотрелся. Никого.

Он присел на ступеньки крыльца чьего-то углового дома.

И тут сзади за шкирку его схватила сильная рука, и кто-то волоком потащил по мощеной улочке. Он выкручивался, брыкался, но хватка была твердой.

– Думал, уйти от меня? – Схвативший тяжело дышал, говорил грубо и хрипло. – Да я тут каждый колышек, каждый камушек знаю.