Легенда о Расколе: Игра жизнями

Все ворота разом открылись и на арену выбежали преторианцы, образовав вокруг участников круг. Следом за ними вышли незнакомые Кристин люди. В шествующей толпе она видела и солдат, и священников, и рыцарей Ордена Тринадцати и даже лорда Эдмора. Самым последним из главных ворот показался император. Голову его украшал золотой венок, блестящий в лучах солнца, а на плечах висел длиннющий, тяжелый плащ, конец которого несли слуги. Подойдя к участникам, он окинул трибуны взглядом и поднял руку вверх. Зрители тут же утихли.

— Ты всегда умел привлечь к себе внимание, Лансер, — отметил император. — Это твое окончательное решение?

— Да, Ваше Величество, — без тени сомнений ответил Лансер.

Лицо императора было все такое же невозмутимое. Теперь он обратился к Кристин:

— А Вы, миледи, всех приятно удивили. Снимите шлем и назовите свое имя.

Вот это был тот самый момент, которого она, как оказалось, боялась больше всего. Сейчас она готова была еще раз выйти против Даариона или Нэмеда, лишь бы не снимать шлем и не показывать свое лицо.

Сердце колотилось от страха, но она все же медленно сняла шлем. Длинные, каштановые волосы упали на плечи и лицо императора тронула еле заметная улыбка.

— Кристин Тэйн, Ваше Величество, — низко поклонилась девушка.

Лицо Эдмора исказилось в бессильной ярости. Священники и вовсе отступили от нее на шаг, как от прокаженной.

— И почему я не удивлен? — ответил император.

— Ваша Милость, дозвольте сказать, — обратился к императору старик-священник с тяжелой цепью на животе.

— Говорите.

— В Ордене Тринадцати, — обратился священник скорее даже к остальным, чем к императору, — никогда еще не было женщин. Благородное дело для верных, сильных духом и, самое главное, телом служителей Богов защищать избранника их, наместника на земле, ими владычествующей от всяк неверного, позарившегося на жизнь священную! А посему и благородный воин, желающий послужить Богам в лице священного императора, обязан быть непогрешимым и безупречным в деле ему доверенном.

От лица всех служителей всевышним, со всей уверенностью заявляю, что эта девушка не отвечает тем качествам, которыми должен обладать благородный рыцарь. У меня все, — наконец откланялся священник под аплодисменты других священнослужителей.

Император так же наградил его холодными аплодисментами и с усмешкой добавил:

— Ваше святейшество, Вы забыли о леди Марлис.

— Еще один повод не принимать ее, — тут же оправдался священник из-за спин остальных.