Легенды Отрезанного Простора

«Тебя убьют! Зачем ты так?» — посетовал Адхи, сжимаясь в укрытии, мечтая сделаться совсем незримым и не принимать участия в чужой ожесточенное борьбе. Но он уже оказался среди этих отважных молодцов, в окружении, со всех сторон обложенный неведомыми врагами. И если дверь с Пустыни Теней вывела его в это новое место, если Белый Дракон говорил с ним, значит, в том крылась неизменная высшая цель.

Шаман Ругон и кудесница Офелиса твердили, что Адхи должен сам догадаться, в чем его уникальность, за что его избрали на многие испытания, а не позволили пройти одно в дни посвящения.

— Ай! Братцы… Убили меня! Совсем убили, — запричитал один из солдат, падая возле орудия с перешибленной левой ногой. Сапог разворотило, вместе с лоскутами кожи торчали осколки костей. Молодой парень корчился и выл, кусая губы. Он не желал, чтобы его мучительный крик достиг ушей товарищей, он не хотел, чтобы они устрашились такой же участи.

Адхи бросился к раненому, не зная точно, в чем его цель, чем он сумеет помочь. Он попытался исправить рану, сшить края, воздев руки — Офелиса рассказывала, что некоторые кудесники так умеют. Возможно, его дар заключался в умении исцелять, хотелось в это поверить. Он и впрямь вроде бы видел возле краев раны трепетание разорванных белых линий. Весь мир в тот миг замирал и отступал, оставались только расчерченными сиянием и тьмой очертания предметов.

Щит из белых линий закрыл Адхи от прямого попадания осколков, он уцелел, очнулся. А несколько солдат, включая раненного, замерли на земле, распростертые в неестественных позах, как фигуры из глины в руках неумелого мастера.

— Какие будут приказы, ваше благородие? — спрашивали снующие у пушек уцелевшие бойцы, не теряющие боевого запала. Они бились с самого начала этой бойни и уже не видели иного мира, вся их жизнь, наверное, тоже когда-то наполненная покоем, унеслась в далекое прошлое. Они же очутились в отдельном мире забытого редута. Так видел Адхи сквозь белые линии, на грани сознания улавливая мысли и чувства всех и каждого.