Пыль чужих дорог

Я давно уяснил для себя, что воины скорее восхищаются не теми вождями, что раздают почести, награды, деньги, а теми, кто делит с ними труды и опасности, и любят не тех, кто позволяет им бездельничать, а тех, кто по своей воле трудится вместе с ним.

          

– Скальд, а что это за звери такие? – Мананга указывал на лошадей, как оказалось здесь такие не обитали. Местные передвигались верхом на тех рогатых козобаранах, что нам пришлось повидать в битве и ящерах. 

– Кони это.

         Мы часто разговаривали с этим, в целом, смышленым юношей.

Так лучше давалось усвоение языка. Я старался изучать их быт, уклад, верования, чтоб стараться покорить их не только силой, но и какими-нибудь иными способами. Система тоже не дремала, щедро одаривая меня новыми очками репутации с племенем Мананги – вадемберами. 

         Вот и сейчас, после очередной тренировки на мечах,  мы присели в тенек передохнуть и выпить квасу.

– Расскажи, как такого получить? 

– Ну, слушай, дело было на Игирите. Я тебе рассказывал о нем. Мы только вернулись с похода и планировали, как следует отдохнуть в Эроде, столице Севера. 

Мы там по трактирам оглохнем от здравниц,

Уставши от грабежей,

И смело утешим белогрудых красавиц,

Пока нету у девок мужей…

При упоминании о красавицах и грудях, малец чуть ли не слюну пустил. Как только освоился с нашей речью мне все уши прожужжал про свою ненаглядную Лалку. Потому и тренировался наверно так усердно.

Или меня ночью прикончить хочет. Маленький хитрец. Не знает, что я воскресну у малого алтаря и надеру его черномазую задницу. 

– Так вот, – продолжил я рассказ, – приходит к нам один барончик с Запада и говорит так мол и так люди добрые поприжали меня пастарианцы проходу нет. А скажи мне друг Мананга, почему, если ты, куда прибываешь надо первым делом монахов грабить? 

– Не знаю, дядька Скальд.

– Не знаешь кто такие монахи или почему их первыми грабить надо? 

– Про монахов я помню, ты рассказывал, мне не ведомо почему их первыми грабить надлежит!

– Да потому, что коли рядом с деревенькой церквушка или монастырь есть то там все уж до нас ограблено и в церковки лежит.

 

– А ты что не любишь их?

– Кого?

– Ну, монахов этих?

– Да нет, от чего же. Я человек праведный, всех богов уважаю, и к их служителям отношусь с почтением. Но дело свое крепко знаю. И не перебивай старших.