Пыль чужих дорог

Они находились на практически низшей стадии становления общества. Жили старыми родоплеменными укладами. Войска как такового не существовало, не было отдельно лучников, конницы, понятий тактики и стратегии, фортификации. Им вообще с огромным трудом, как выяснилось, удалось договориться и объединиться даже при лице такой угрозы как мы. А сейчас, когда их союз потерял столько мужчин, храбрых и сильных, а многие из них ранены и напуганы, их наверняка постараются дожать более сильные и многочисленные племена соседей.

Не все смогут продолжить свое существование на землях Эрзана. Выживут лишь сильнейшие. 

Такое положение вещей нам на руку. Да это несколько цинично, но чем больше защитников падет в междоусобных стычках, тем проще будет покорить обескровленных выживших. Странно только что они не пытаются выслать парламентеров, постараться узнать что мы хотим?

Между делом решил постепенно учить Манангу сражаться. Я видел, что он живя с нами, узнавая нас и о нас, проникается нашими порядками и устоями, что такая жизнь ему по душе, что он стремится стать похожим на нас, быть настоящим воином и мужчиной.

От осинки не родятся апельсинки, но здесь игровой мир, который диктует свои условия. Приятно было видеть, как этот паренек из робкого и трусоватого увальня становится крепким мужчиной. Еще рано говорить, что из него выйдет до первого боя, но изменения уже на лицо, хоть он и сам их пока не замечает.

– Давай, поднатужься! В самом начале напрячься надо, а дальше полегче будет! – наставлял я аборигена.

– Мой дед мне так говорить, когда я в лес побольшому ходить, – белозубо ухмыльнулся Мананга.

         М-да, двусмысленно вышло. 

– Давай мне тут зубы не заговаривай, делай, как говорю! И секиру наточи получше! Ибо доброе слово и секира убеждают лучше, чем просто доброе слово. А если секира достаточно острая, без доброго слова можно и обойтись.

– Да я уже сражался! Меня учили в племени и на тот бой я выходил.

– Ага, сам говорил, что служил мишенью для воинов, а наносить удары тебе не разрешалось.

Да и в сражении ты отгреб. 

– Хватит о деталях! – обиделся на мои слова Мананга и продолжил занятия с луком. 

         Сам я тем временем нарабатывал авторитет у своих хирдманов и союзных. Ведь, что простому бойцу видеть отрадно? То как командир твой ест тот же хлеб. Спит на простой подстилке или вместе со всеми копает ров и устанавливает частокол.