Наследник Седьмой Марки (ТР-1)

А вот прихвостень Олельковича понял это слишком поздно. Уже после того, как София обманным финтом вскрыла его защиту и до середины погрузила лезвие шпаги в мягкую часть бедра чуть выше колена.

— Кровь! — тут же закричали оба секунданта, а менторы согласно подняли руки, останавливая поединок.

Доброслав с недоумением, переходящим в ужас, смотрел, как из его правой ноги прорастает стальная ветка, а по дорогой светло-зеленой ткани штанов течет кровь. Он поднял глаза на девочку, которую так до конца и не смог считать равным противником, и в этот момент она резко выдернула шпагу.

Пожалуй, только сам поляк, который заорал от боли, да еще Ян, ждавший от сестры чего-то подобного, заметили, что клинок София повела так, чтобы расширить рану.

Небрежный взмах шпаги, и капли крови кляксами осели на мундирчике раненого.

— Что вы стоите, господа? — невинным голосом поинтересовалась София. — Студент ранен. Поторопитесь, пока он не истек кровью.

Яну пришлось приложить усилие, чтобы не улыбнуться. Его сестра откровенно работала на публику, показывая, что победа далась ей легко и просто.

Но он знал, что девочка вымоталась. И, судя по тому, что дышала она неглубоко и каждый раз на вздохе чуточку морщилась, пропущенный пинок Доброслава Черных стоил ей минимум одного сломанного ребра.

— Вы были неподражаемы, баронесса, — светски произнес внезапно оказавшийся рядом с Софией Адам Олелькович. До этого Ян не видел его в толпе зрителей. — Смотреть на ваш бой было подлинным удовольствием.

— Со стороны не все можно разглядеть, — отмахнулась девочка.

— Вот если бы вы сами попробовали…

И, делая вид, что не знает, кто с ней только что разговаривал, направилась к брату.

Смотрящий ей в спину аристократ поднял глаза и широко распахнул их. Как если бы увидел здесь кого-то, кого не ожидал встретить.

— Барон Эссен.

— Князь Олелькович.

Обменявшись таким образом приветствиями, молодые люди отвернулись друг от друга.

— А ты прав, — подошедшая София едва заметно качнула головой в сторону Адама. — От него фонит Скверной.

Не так сильно, как ты описывал, но достаточно, чтобы я поняла, что не ошиблась.

— Как ребро?

— Трещина, — судя по тому, что боль девочка прятала под небрежной ухмылкой, лгать у нее получалось с трудом.

— Скорее перелом.

— Ничего такого, что не лечится.

— Задница, с которой кожу розгами снимают, тоже лечится, — хмыкнул Ян. — Серьезно, Соф, еще раз влезешь в драку, я возьму хорошо размоченные прутья и…

— Ты мне не отец, — отмахнулась та.