Тени Уничтоженных Империй II. Тень Надежды.

Стремительный, словно молния, шустрый, будто ветер.

– Да, любого, – повторился он. – Так что, бросай свою дубину и пошли за мной.

Он первым бросил палку на землю, показав, как это делается, и повернулся по направлению к своему дому. Парень шаркал за ним попятам, не отставая ни на шаг. Стенли поднялся по ступенькам, отворил дверь и вошёл. Он прислонил щит к стене, зачерпнул ковшом из бочки прохладной водицы, обтёр мокрую бороду и зашёл в свою комнату. Спустя мгновение он вышел, держа в руках по мечу.

– Ты чего это, ни разу не бывал у нас в гостях? – спросил он.

– Нет, – как-то замявшись, ответил Халин.

– А я-то думал, ты на занятия Фера похаживаешь.

– Да я всё хотел, вот только никак не получалось...

– Ладно. Грамоте научиться ты ещё успеешь, когда овладеешь мечом.

Халин обеими руками вцепился в клинок, обхватив одной ладонью ножны, а другой взявшись за рукоять. Он пристально всматривался в него, словно держал в руках чудо из чудес. Затем медленно выдвинул клинок на четверть и серая, исцарапанная сталь поймала лучик солнца. Она блеснула, и его лицо озарила улыбка.

– Ого, – выдохнул он. – Не думал, что когда-нибудь у меня в руках будет нечто подобное.

– Да, а теперь есть. И более того, теперь ты будешь учиться владеть им.

Стенли повернул его за плечо и направил к выходу. Было видно, что его подарок пришёлся парню по душе. Он подобрал свой щит и вышел следом, закрыл дверь и пошёл обратно, к площадке, где тренировались его бойцы. Подходя он видел, что ребята двигались вяло, с какой-то ленью, но, заметив его, оживились. Пол сидел на траве, тяжело дыша, а рядом с ним лежали его щит и дубинка.

– Так! Прекратили занятия! – рявкнул он.

Новобранцы, все, как один, повернули к нему головы.

– Вижу я, что вы кое-чего не понимаете. Не понимаете, что от вашего старания сейчас зависит ваше будущее и будущее вашего дома. Поэтому – всем лечь на землю и двадцать... нет, тридцать отжиманий! Я считаю.

Никто не сказал ни слова протеста. Все, как один, побросали своё снаряжение и принялись отжиматься.