Кобра клана Шенгай

А так просто смотрит, и делается мгновенно намного холоднее, чем было раньше. Или это просто ночь?

– Так-так, – наконец-то произнёс он. – И какие выводы ты сделала?

– Что я не нравлюсь учителю Коджи.

– Громко сказано. Дело не в этом.

– Я опасна?

– Вполне вероятно.

– Но у меня нет цели причинить кому-то вред! – возмутилась я. – И к мадо-норои я не имею никакого отношения. Потому что… потому что сама в первый раз увидела что это такое! И скажу честно: увиденное мне не понравилось.

Тэцуя ещё некоторое время смотрел на меня немигающим колким взглядом, а потом хмыкнул и внезапно огорошил:

– Ты уже выбрала дисциплину, которую будешь сдавать в этом году кроме положенных экзаменов, Аска?

Ну вот он твой шанс.

– Я не буду её сдавать, директор Тэцуя.

В тёмных глазах мелькнуло удивление.

– Вот как. Хочешь остаться и пройти курс ещё раз? Или это какой-то бунт, о котором я пока не в курсе?

– Никакого бунта, – с чистой совестью ответила я и подошла ближе. Так, чтобы удобно было разговаривать, и заодно не дошло до чужих ушей.

Тэцуя затянулся. Почему сейчас кажется, что у него кожа неестественно белая? А глаза наоборот – бездонная пропасть, из которой не выбраться. И морщины будто разгладились… Что с ним? Наверное, всё дело в освещении. Ночью всё не так, а только выйдет солнышко, так всё хорошо и прекрасно.

– И какое же прошение ты хочешь подать, Аска?

– О двойном экзамене по каллиграфии.

Сказала так, будто в ледяную полынью нырнула. Теперь всё зависело только от решения директора. Конечно, я собиралась идти официальным путём, уговаривать Тэхико похлопотать за меня, но судьба распорядилась иначе. Стоило бы промолчать, но что слово – не воробей, уже вылетело.

Тэцуя молчал.

Я переминалась с ноги на ногу, кляня на все лады эту дурацкую привычку старших молчать и заставлять выпрыгивать из кэйкоги в ожидании ответа.

– Ты осознаёшь степень ответственности? – наконец-то спросил Тэцуя.

– Осознаю.

– У тебя есть время подумать, Аска… Но определённо ты будешь первой за несколько лет, кто решился на такое, – сказал он, будто не услышав до этого моих слов. – У тебя есть неделя. А теперь будь любезна, отправляйся спать. И, если увидишь Мию, передай, что я всё знаю.

В его глазах сверкнуло нечто нечеловеческое, у меня вмиг заледенели руки и ноги.

Я кивнула и уважительно поклонилась.