Кобра клана Шенгай

Но сейчас меня беспокоило не это, а то, что я пришла не к началу разговора. Обсуждали меня. Коджи в своём репертуаре. Я бы поаплодировала вам, учитель, но, боюсь, тогда одним строгим выговором не отделаюсь.

Меня обсуждали недолго, потом воцарилась тишина. Кажется, оба погрузились в работу. Тут бы мне тихо и свалить, но я поняла, что тихо выбраться не выйдет. Как только влезла? Кажется, я слишком увлечённо ползла за Мией, а та явно поднаторела в шпионских играх.

«Ладно, – решила я. – Они закончат и уйдут, а я потом уже.

Можно зато посидеть и помедитировать, дабы очистить разум от всяких неправильных мыслей и углубиться в свою рёку».

Только вот надолго меня не хватило.

И как же радостно стало на душе в тот момент, когда хлопнула дверь, и погас свет. Раз его потушили, то работа выполнена, вряд ли кому-то придёт в голову просто так сидеть в тёмном кабинете.

– Ну, – прозвучал над головой насмешливый голос директора Тэцуи, – может быть, выйдешь?

Я всё же стукнулась макушкой от неожиданности, а внутри всё упало.

И тут же зашипела. Нет, это уже ни в какие рамки! То есть я тут изображаю маскирующуюся лань, но обо мне прекрасно знают. Ну, Мия! Удружила!

Хотя что наезжать на малышку, она вполне могла не знать, что мудрый родитель раскусил её убежище.

Я выползла, поморщилась, ещё раз потерла макушку.

Директор Тэцуя смотрел на меня, чуть прищурившись. В руках трубка-кисэру, из которой медленно поднимался дым. Ни разу не видела, чтобы он курил. Но, кажется, директор не чужд простых людских… вредных привычек.

Черные с проседью волосы не собраны как обычно в хвост, а рассыпались по плечам, и от этого он кажется как-то моложе. А ещё будто кого-то напоминает. И смешинки в чёрных глазах тоже убрали несколько лет.

– Тебе не говорили, что подслушивать нехорошо?

– Я не подслушиваю, я добываю стратегически важную информацию, – брякнула я, отряхивая с одежды землю и мелкие веточки.

– Далеко пойдёшь, – хмыкнул он.

Вроде бы ничего такого не сказал, но захотелось как можно быстрее сделать ноги.

Кто знает этих директоров школ… Говорит спокойно, а сам, возможно, уже видит твоё прилюдное наказание у стен Годзэн.

– Стоять, – мягко приказал он, и мои ноги словно приросли к земле. – Что слышала?

Пришлось выложить всё как есть, начиная со слов: «…мне покоя не даёт Аска Шенгай».

Тэцуя молча выслушал, потом кивнул.

Повисла тишина.

Я занервничала. Уж лучше бы наорал или, цуми с ним, дал непедагогично по шее за плохое поведение.