Алмаз Времени. Том 1. Скитания

— Что?!

Сварт нервно провел руками по черным коротким волосам, так и застыв с заломленными в непонимании локтями, а потом только указал на Сумеречного, тряся головой:

— То есть… когда в море тонут корабли, ты сидишь, сложа руки? А когда кролик! Ну, уж кролик — да! Это кролик! Это у вас там у всех так, у бессмертных-стражей-эльфов, бездна разбери, кого еще! Да? Я понял, я понял, я сошел с ума. Я сошел с ума.

На гневную тираду Сумеречный не возразил и не рассмеялся. Он был серьезен:

— Ни одно живое существо не пострадает, если я знаю, что оно не должно пострадать.

— «Судьба кролика». Я точно сошел с ума, — отозвался Сварт, уходя выслеживать новую добычу. Рывок — жертва в сильных руках. Хруст костей, писк зверька, оказавшегося не таким уж мелким. Похоже, на острове водился какой-то особенный вид кроликов.

Сумеречный Эльф послушно развел костер своим заклинанием. Хотя бы в этом он оказался полезен. Сварт насадил ободранную тушку на палку и подставил возле огня.

Вскоре зубы уже впивались в плохо прожаренное мясо, и голод исчезал. Сварт только теперь понимал, как неубедительно играл жертву кораблекрушения тогда. Как легковерно приняли его те, кто не знал в своей жизни голода.

Сумеречный покорно сидел, ждал и не посягал на ароматного кролика, но красноречиво рассматривал и вскоре проскулил без особой надежды:

— А мне?

— Не смей трогать, — отодвинул еду Сварт, глядя исподлобья, делая вид, что аргументирует: — Я знаю, что ты не умрешь от голода, ты вообще не умрешь.

— М-м… Ну, ты все равно столько никогда не ешь. А после затяжного голода еще плохо станет, — вздохнул Эльф: — Кролик-то здоровый. Местная порода. С овечку почти. Короче, я подожду.

Через некоторое время Сварт поглядел на оставшуюся часть кролика, в основном, кости, и понял, что Сумеречный Эльф прав.

Он глянул с ненавистью на усмехавшегося без улыбки Сумеречного Эльфа и мстительно кинул остатки кролика в золу. Спутник покорно вытащил их, отряхнул и съел со всеми костями, запихнув в рот в один присест. Глаза его смеялись, вновь хотелось придушить его. Но все-таки он не обманул, стало быть, мог еще пригодиться.