Алмаз Времени. Том 1. Скитания

Кое-как они добрались с пустынного берега до порта, поняв, что оказались снова в Круне, пусть и в другом городке.

— Ну, что, не останемся сухопутными крысами? — спросил будущего старпома Сварт.

— Нет, — согласился Облезлый Сэм.

И они вдвоем нанялись на первый же сомнительный корабль. Их не интересовало, куда он идет. Главное, что в команду брали всех подряд без документов. Они не прогадали — старый капитан Две Красные Руки промышлял торговлей контрабандными алмазами и оружием джиннов, а временами нападал на рыбацкие деревни и продавал пленников в рабство ифритам.

— Говорите, вы из Круны? — усмехнулся капитан, рассматривая оборванцев.

— Мы знаем все схроны в трущобах портовых городов и все местные банды восточного побережья Круны, — немедленно зарекомендовал себя Сварт.

Облезлый Сэм неуверенно топтался за спиной и молчал.

— Вот как. Хе, после исчезновения наследного принца страна готова развалиться. Для нашего бизнеса станет отличным перевалочным пунктом, — пробасил капитан.

В течение следующих трех лет Сварт драил палубу, делился понемногу ценной информацией с капитаном, поднимаясь по иерархии с каждым удачно указанным местом сбыта или покупки контрабанды из Гриустена, и учился владеть саблями. Все больше на практике, проливая кровь безоружных бедняков. И ему нравилась власть, которую оружие давало над людьми. Сначала хватало и одного клинка, но потом фехтование превратилось для него в увлекательной смертельный номер, наподобие тех, которые он исполнял в цирке.

— Да ведь неудобно же, — посмеивались сначала пираты.

— Сойдем на берег, как велит кодекс. И я покажу, насколько «неудобно», — отвечал Сварт.

Они сходили на берег для решения спора дуэлью, и чаще всего насмешники оставались на пустынных затерянных отмелях кормом для крабов и чаек. Вскоре сомневающихся в его умениях значительно поубавилось, команда начала уважать «бешеного щенка капитана», как звали его за глаза в то время.

Но тем ярче ныне проступала на фоне кромешной черноты под сомкнутыми веками широкая улыбка Маиму-Длинноногого, который одерживал победу. И смеялся, громко смеялся, как нахальная мартышка. И так раз за разом по кругу бреда.