Трижды заклятый или СЛАМОНА

Мильн пока ни разу не опоздал, хотя завтрак был для него таким же испытанием, как и умыванье. Даже в те дни, когда на завтрак вместо отвратительной манной каши давали вкусную вермишельную запеканку, Джон с радостью бы от нее отказался, только бы не тащиться туда, где орали, выбивали друг из-под друга стулья и плевались хлебными шариками шестьдесят буйных мальчишек.

Стол воспитателей часто оставался пустым, поэтому завтрак напоминал танец на минном поле: никогда не знаешь, с какой стороны бабахнет. Очень скоро Мильн наловчился проглатывать еду в считанные секунды и, прижимаясь к стене, подальше от коварно подставленных ног, змейкой выскальзывать из столовой.

До занятий в школе оставалось еще больше часа, но Джон стремглав взлетал по лестнице на второй этаж, хватал школьный рюкзак и выскакивал из приюта прежде, чем одногруппники успевали его перехватить... Если ему это удавалось. А если не удавалось, он покидал спальню намного позже и, пробегая улицами левобережного Мурленбурга, на ходу прилаживал на место полуоторванный карман куртки или пытался отряхнуть побелку со штанов.

Он бежал по зажатому между кирпичными заборами Приютскому тупику, по угрюмым переулкам Флайта, по сверкающей витринами многолюдной Доусоновской улице, пролетал по пружинящим доскам моста — и наконец-то оказывался на правобережье.

Когда Дэви станет Магом Стрелы, валькирии будут с хохотом носиться над левобережьем от привокзальных улиц до Приютского тупика — но через этот узкий деревянный мостик беда не перейдет.

Отдышавшись, Мильн поднимался по вросшим в склон каменным ступенькам и попадал в старинный город на вершине Замкового Холма, так же мало похожий на левобережный город, как Иннэрмал — на Черносонию.

В правобережном Мурленбурге на подоконниках одноэтажных домов пестрели цветы, между цветами мурлыкали благодушные кошки, в крошечных садиках виляли хвостами добродушные собаки, люди почему-то всегда здоровались друг с другом, а по утрам, цокая копытами по камням, по булыжной мостовой брела пегая лошадь, запряженная в тележку с бидонами молока.

Покружив по горбатым улочкам, Мильн открывал железную узорчатую калитку, проходил через красно-желтый осенний парк и поднимался по ступеням крыльца филологической школы, похожей на небольшой дворец из красного кирпича.