Трижды заклятый или СЛАМОНА

Флюгера принимались скрипуче болтать друг с другом, крыши ерошили черепичную чешую, в витринах магазинчиков начинали двигаться игрушки и манекены, в парке пробуждалась ото сна каменная львица Типпа... Если он будет упражняться достаточно долго и упорно, может, однажды ему удастся сгустить мэгикоон настолько, что Тройное Заклятье рассыплется в пыль, и он станет свободен по обе стороны Края Света.

Ну, а пока Джон получал глоток предельской свободы, проносясь сквозь Прорву на «Лучезарном».

«Лучезарный» летал по всему миру, а мир был велик!

Ронгхэльма почему-то упорно тянуло к людям, при каждом удобном и неудобном случае заморок направлял яхту в самые многолюдные места — Нью-Йорк, Шанхай, Лондон, Токио, Париж… В Париже «Лучезарный» зацепился бортом за верхушку Эйфелевой башни, от толчка вышел из невидимости и, пока Рон и Дэви лихорадочно устраняли неполадку, внизу собрались тысячи парижан, глазеющих на «летающую тарелку».

Хвала Светочу, «Лучезарный» сумел отцепиться и уйти в невидимость прежде, чем на место происшествия прибыли войска.

А потом были африканские саванны со стадами жирафов и зебр, зеленое буйство индийских джунглей, спокойный простор тундры, штормы и штили Тихого Океана, ослепительные гавайские рассветы, ревущая мощь Ниагарского водопада, заснеженные пики Альп, неистовство вулканов Чили, зеленые омуты амазонской сельвы…

Иногда на яхте в своей обычной ошеломляюще-внезапной манере появлялся Тимталибрис Третий («Для бешеного веркота сто верст – не крюк», — смеялся Ронгхэльм).

Тимталибрис мог возникнуть на палубе над Средиземным морем, небрежным движением огромной лапы закогтить летучую рыбу, заглотать ее и пропасть, чтобы возникнуть уже над Большим каньоном и положить перед Роном другую добычу: ножны с метательным ножом.

Ронгхэльм питал такую же слабость к человеческому оружию, как и к человеческим шляпам. Убедившись, что Прорва не пропустит никакое огнестрельное оружие, он начал коллекционировать копья, томагавки, ассегаи, но больше всего обожал ножи.

После того, как друзья поучаствовали в родео, Рон ненадолго сменил кроссовки на ковбойские сапоги, а ножи — на лассо. Умение бросать лассо пригодилось во время стычки с колумбийскими бандитами, захватившими в заложники международную экспедицию. Окончательно расправился с бандитами Тимталибрис, исполнив свой коронный номер «пляска боевого веркота на головах врагов».