Сердце звёздного дракона

Эллера вскрикнула, когда контуры новой фигуры выступили из темноты. На мраморном полу лежало тело человека, которого Олсон видела наяву только раз. Но в это мгновение ей казалось, что она знает умирающего всю свою жизнь.

— Ровеналь… — выдохнула она. Бросилась на колени, силясь успеть, коснуться пальцами окровавленного лица, пока мужчину ещё не покинуло последнее дыхание жизни — и резко открыла глаза.

Как рыба, выброшенная на берег, Эллера хватала ртом воздух. Ужас ещё не отпустил. Бледное, неподвижное лицо стояло перед ней как наяву.

— Ровеналь… — повторила она. Подавила первый порыв метнуться и проверить — жив её спутник или нет.

«Тебе не всё равно?! — со злостью оборвала она сама себя и тут же с отчаянием признала: — Нет, не всё равно».

А в следующую секунду поняла, что именно прервало её сон: над кают-компанией звенел сигнал приближения. Но явно не тот, который Эллера установила на приближение к Луне. Она бросила быстрый взгляд на часы и ещё раз убедилась в том, что за это время они никак не могли добраться до цели.

Компьютер, однако, продолжал надрываться, и Эллера сорвалась с места, чтобы броситься к рубке.

«Ты не можешь быть на стороне Эквилибриума!» — сознание Ровеналя основательно заклинило на этой мысли. Он был среди тех, кто разрушал Центр. Среди тех, кто взрывал Башни, транслировавшие излучение, подавлявшее волю к сопротивлению.

Ровеналю было тогда семнадцать, но он твёрдо знал, что делает и зачем.

Прошло семь лет, и он, как и все, кто сражался вместе с ним, оказался не нужен.

Когда темпоральные бомбы упали на первые города Кармелона, Ровеналь рвался в бой, чтобы погибнуть вместе с теми, кто принимал атаку передовых отрядов Инквизиции на орбите планеты.

Ему не позволили. И это было правильно. Умом Ровеналь понимал: нужно затаиться до поры, уйти в тень. А то и вовсе отказаться от попыток борьбы.

Никто не сказал, почему выбрали его. Возможно, потому, что он стал одним из двадцати, кто возглавил прошлый бунт.

Пока по одну сторону планеты пылали корабли, с другой стороны саркофаг с последним выжившим пустился в вечный дрейф. Он мог затеряться среди звёзд, и тогда Кармелон был бы окончательно похоронен в безвременье. Но так не произошло.