Чуж чуженин

— Нелюб! — Она хотела обнять его, но, боясь разбередить рану, позволила себе лишь прикоснуться к руке. — Как ты меня напугал!

— Видно, недостаточно, — пробормотал зазимец. — Разве я не сказал, чтобы ты уходила?

Мстиша отняла ладонь и, в тревоге изогнув брови, пытливо посмотрела ему в глаза.

— А разве я могла оставить тебя? Окровавленного, в беспамятстве?

— Я мог причинить тебе вред, — серьёзно возразил Нелюб.

Княжна всем телом вжалась в тёплую печь, чтобы прогнать заструившийся по рукам и ногам холодок.

— Ты не мог, — помотала она головой, но слова вышли зыбкими.

У Мстиславы не получалось забыть того его взгляда, того голоса. — Что произошло, Нелюб? — тихо спросила она, не уверенная в том, что на самом деле хочет знать правду. — Что с тобой стряслось?

Зазимец опустил глаза. Он молчал, и Мстиша решила, что не дождётся ответа, когда услышала глухой голос:

— Я не хочу тебе врать, но и правды сказать не могу. Но в другой раз… — Он поднял взгляд на Мстиславу. — Впрочем, другого раза не будет.

Нахмурившись, Нелюб выдохнул и сухо сглотнул.

Мстиша дрожащими руками потянулась к приготовленной чашке с водой. Она попыталась помочь помытчику напиться, но он не позволил ей.

— Я сам.

Морщась, Нелюб приподнялся на локтях, усаживаясь. Плащ соскользнул, и Мстиша заметила, что кровавый след на боку затянулся. Теперь, когда зазимец был в сознании, смотреть на его обнажённую грудь стало неловко, и, спохватившись, княжна подала помытчику высохшую рубаху.

Пока Нелюб пил, Мстислава не отрываясь глядела, как двигались потрескавшиеся губы.

Закончив, он вытер выступившую испарину.

— Спасибо. — Мстиша попробовала улыбнуться, но уста дрогнули, и она потупила взор. — Спасибо тебе за всё.

Нелюб потянулся к щеке девушки и невесомо коснулся её костяшками пальцев. Мстислава вскинула на помытчика полный надежды взор, готовая прильнуть к его руке, но Нелюб сразу отвёл её, будто делал нечто предосудительное.

Ей хотелось уцепиться хотя бы за такую малость, но он не позволил и этого.

— Поздно.

Будем ложиться.

Не дожидаясь ответа княжны, Нелюб снова опустился на лежанку и, натянув на плечи плащ, отвернулся к печи.

Мстиша почувствовала, что ей не хватает воздуха. Она поднялась и опрометью кинулась к двери. На пороге княжна заставила себя остановиться и проговорить через плечо, чтобы Нелюб не волновался:

— Я сейчас.

Девушка выскочила в холодный пустой двор. Хотелось завыть, точно собаке. Вместо того, чтобы сблизить, хворь Нелюба лишь отдалила их.