О чем поет вереск

Один раз… И не вздумайте вставать под омелу!

Этайн двигалась плавно и легко, как самая прекрасная из ши.

Хлопок. Поворот. Улыбка.

– Из каких вы земель? – улыбаясь, спросила Этайн для чужих любопытных ушей.

– Я из дальних краев, – подхватил Мидир. – Там небо зеленеет на закате, а прозрачные ели сплетают кружево снов. Там каждая капля поутру пылает, как алмаз, а воздух чист и прозрачен, словно горный ручей. Там нет судьбы и нет времени.

Мидир закружил Этайн в танце. Втянув ее запах – сладость вереска с легкой горечью конца лета – притянул к себе, едва не коснувшись губами щеки.

– Какая чудесная сказка! Жаль!.. Как жаль, что это не мой мир.

– Мне жаль тоже. Этот мир плачет, он скорбит по ушедшей королеве.

– Видимо, она никак не могла остаться! – голос Этайн зазвенел, когда она отворачивалась от его взгляда.

Мидир, завидя спешащего назад Эохайда, повел ладонью, набрасывая на поляну магическую петлю, и время вокруг остановилось. Замер король галатов, сжав кисть на кинжале, окаменели стражники и гости, застыла, взмахнув крылышками, стрекоза.

Все, случившееся и не случившееся с ними, плясало призрачными тенями вокруг, сплеталось, обрастало тканью реальности несбывшегося. Миры рушились и воскресали вновь, а эти двое вели свой танец так, как это было задумано.

Мидир поднял свою руку, державшую женскую ладонь, его губы едва не коснулись щеки Этайн.

– Нет! Прос-ти-те, – прошептала Этайн и остановилась.

Остановилась, вырвала кисть, отерла слезы. Смежив веки, прижала ко лбу тыльную сторону запястья.

– Я не могу танцевать с вами более. Простите, что лишила вас танца.

– Я бы простил, даже если бы вы лишили меня жизни.

Прозвучало это слишком горько и отчаянно. Этайн провела ладонью по его плечу, словно желая сказать что-то, оглянулась по сторонам, но Мидир опередил ее:

– Здесь только ты и я, остальные не слышат.

– Я только недавно поняла это, – прошептала она. – Я должна сказать тебе… Я потеряла нашего ребенка.

Этайн, всхлипнув, закрыла лицо ладонями.

– У тебя еще будет много детей.

Мидир подхватил ее, довел до скамьи.

– Боудикка сказала… Я правда прокляла Нижний?

– Я удержал его, моя королева.