Анри, граф Реверуа, некромант

Ману светлой магии не рекомендуем – отравятся или совсем умрут.

- Да! - удивилась Амалия, - а почему ты, Леон, раньше об этом не рассказывал? Ты же живешь во дворе много лет, с моего раннего детства.

- А зачем дразнить? - возразил маг Леон, - сам бы я никогда не смог их воодушевить. Не хватало маны и магического могущества. Только с появлением нового ученика ситуация изменилась. Теперь точно можно! Да, Анри?

Ученик неловко сделал шаг навстречу под обстрел множества любопытных глаз. Кажется, он стал очень популярен.

Собакокошки, кстати, стали нужны, очень скоро, буквально через ночь. Анри сладкоспал – а что еще делать глухой ночью после плотного ужина на мягкой постели? Внезапно сильные толчки в сердце разбудили его. Проснувшись, он прислушался – похоже, это собакокошки шумят.

Не зная, что делать, разбудил Леона. А уж многоопытный королевский советник сразу же обратился к страже.

Так вдвоем, при пятерки страже они прошли в королевский зал. Ночью, конечно, там было темно, но тихо.

При виде хозяев они нехотя отошли, но недалеко, чтобы пустить страшные пасти.

-А, герцог Ридли! - быстро узнал его Леон, - что вы здесь хотите?

- Я желал бы взять какую-то часть одежды у королевы, - тут же сказал Ридли. Настолько тут же, что становилось ясно – он лжет!

Анри был готов наброситься на герцога, но рука Леона успела опуститься на плечо. А поскольку рука неожидан оказалось тяжелой, то до Ридли Анри так и не дошел.

- Герцог! - обратился Леон к феодалу, - завтра же вам придется объяснятся к коронному суду.

- Конечно, - не испугался Ридли, - я буду честен и справедлив.

Спросив взглядом прощения, он быстро вышел из зала.

- Монархия на глаза теряет авторитет, - с горечью произнес Леон.

- Не надо было отпускать его! – горячо заговорил Анри, но его учитель холодно прервал его:

- И что мы бы сделали? Он же врет прямо в глаза. Соврет и там. Нет, конечно, до суда мы его доведем, но вряд ли испугаем!

Глава 4

Тогда, с праздника осеннего вассалитета, они вернулись поздновато.

- Теперь спать! Подъем в семь часов! - приказал маг пьяным голосом и рухнул в свою кровать. Феликс, покачав головой, и принялся его одевать, сообщив ученику, что завтрак будет, дай бог, часам к девяти. О семи часах пусть даже не надеется.