Фельдшер и Мармеладка

Говорил глупости, чтобы снять напряжение. Про нелепо важных гостей, про забавно пританцовывающих музыкантов, про щеголей-официантов отпустил пару шуток. В какой-то момент она засмеялась. Чарующе и беззаботно. И только тогда Киф понял: чтобы не случилось дальше он выиграл.

Окрыленный прижимал ее, все смелее кружил следуя за музыкой и веселым настроением своей упрямой партнерши. А потом мелодия утихла, и сверху на них обрушился сверкающий град конфетти.

Аплодисменты.

Аника заметалась, словно проснувшись. Администратор воодушевленно поздравлял их с выигрышем.

Киф держал ее крепко и благодарил гостей и организаторов за приз. Один из официантов поднес роскошный золотой конверт с сертификатом. Кажется, Аника все никак не могла поверить, что получит настоящие три тысячи золотых.

— Поздравляю, — тихо сказал ей на ухо Киф.

— Спасибо, — посмотрела ему в глаза доверчиво.

“А что если ее поцеловать сейчас? Хотя бы в щеку”, — спросил себя Киф.

Но тут почувствовал яркую вспышку ненависти, что прожигала ему спину.

Обернулся. Тот самый неприятный парень из труппы.

“Значит, не один я Анику преследую. Любопытно”.

— О, Илоро, — заметила и она коллегу. — Что он тут делает?

— Что бы ни делал, сюда никто не пропустит, — раздраженно ответил Киф.

Бегло попрощалась с, все еще говорящим ей комплименты, администратором и помчалась к выходу. Киф поспешил за ней. Только все пошло на лад, нет, пришел этот наглец, испортив вечер.

— Аника, тебе пора домой. Перед выступлением нужно высыпаться, — сказал Илоро, протягивая руку.

— Аника, ты хочешь уйти? С ним? — серьезно спросил Киф, хотя спокойный тон дался ему с трудом.

Она растерялась. Смотрела то на Илоро, то на Кифа.

— Да, пожалуй, он прав. Мне действительно стоит выспаться. Спасибо.

— Киф, — подсказал ей, надеясь, что хотя бы сейчас она назовет его по имени.

— Пойдем, — перехватил руку Аники настырный парень.

Она виновато улыбнулась и ушла. А Киф еще долго прислушивался к своим ощущениям.

Мармеладка никогда не вызывала в нем ни озноба, ни жара.

Никаких странных реакций. Только счастье и свет. Улыбнулся припоминая, как она смеялась в его руках, как он касался ее открытой спины. Ах, если бы не перчатки. Хотя даже в них гладить ее нежную кожу было нестерпимо волнительно.

— Что же мне со всем этим делать? — спросил сам себя и пошел на вокзал.

Глава 27

“Мне надо с ней поговорить, — приказал себе Киф, разглядывая в зеркале измученное бессонницей лицо. — Уже давно надо было. Давно. Нечего оттягивать.