Изгнанная с небес

– Упряжь для Быстрого, – ответил Светозар, начав охотно перечислять все детали.

Мира кивала головой, слушая с самым внимательным видом и радуясь, что стоит к брату спиной и не видит его ухмылку. На самом деле отец слишком ограждал ее от всего. Чего уж говорить, она не знала самых простых вещей касательно лошадей, а ведь все остальные прекрасно умели с ними обращаться. И дело было совсем не в ее возрасте. Чрезмерная опека исходила от матери, панически боящейся, что с дочерью может что-то случиться.

Однако, даже не имея достаточных знаний, Мира не могла не заметить отличия княжеского седла от простых.

В конце концов, с самого рождения она обладала прекрасной памятью и наблюдательностью. Упряжь для Быстрого была сделана из превосходной кожи. Седло также содержало элементы, придающие ему некую изысканность, и вообще качество изготовления всего снаряжения скакуна подчеркивало статус его владельца.

– А какой из себя князь? – не смогла удержатся от вопроса Мира.

Полученный ответ никак не совпадал с ее представлениями.

По словам Светозара, она даже не смогла бы отличить князя от остальных воинов дружины. Видя неприкрытое сомнение на лице Миры, мальчишка добавил:

– Но на оружие и своего коня княже не скупится.

– Вот как? – снова заинтересовалась Мира и мечтательно добавила: – Посмотреть бы.

– Еще чего? – подал голос Эрз. – Захотела на лошадей глянуть, вот тебе, получай веселье. Так теперь новую забаву выдумала? Нам еще назад возвращаться. Отец может в любой момент прийти, чтобы забрать нас домой.

– Жаль, – вздохнула Мира со всей искренностью и развернулась, вняв доводам брата.

– Да, меч княже в самом деле прекрасный. Он его всегда при себе держит.

Мира снова повернулась к Светозару.

– Ты его видел?

Мальчишка отрицательно покачал головой.

– Не довелось рассмотреть сам клинок, но отец говорил, что на нем гравировка почти по всему долу.

Эрз к удивлению Миры решил вступить в разговор.

– Небось, опять даренный? – пренебрежительно уточнил он, встав в свою излюбленную стойку и скрестив руки на груди.

– В Новгороде еще, – кивнул Светозар.

– Пф, а мы свои мечи сами куем, хоть и без гравировок всяких, да не такие уж плохие.

– Но и не такие, как Ульфберт.

Мира поглядывала на стоящих друг против друга мальчишек и дивилась их внезапному упрямству. Без сомнения, они испытывали особую тягу к оружию, как истинные сыны своих отцов.

– И чем же он так хорош? – не сдавался Эрз.

– Говорят, будто выкован он из хеллстейна в горах, что за реками на западе.