Изгнанная с небес

Его вторая сущность начинала просыпаться и нашептывать, сколько выгоды он получит. Всего-то надо подтолкнуть глупышку и заставить ее сделать фатальную ошибку. Уж он-то знал твердолобость божеств Верхних Миров. На своей собственной шкуре. Первый промах Миры они могли простить, так как она была еще слишком мала, но за второй могут назначить серьезное наказание. Ирония состояла в том, что обычно это самое наказание приводили в исполнение творения Нави.

– Глупая! – фыркнул Белонос, не выдержав. – Когда до тебя дойдет, что за нарушение воли Небес придется расплачиваться.

Мира вздрогнула и снова повернулась к нему. В глазах стояли слезы, и по ее взгляду, кот понял, что она все понимает. Он вздохнул, подумав, что опять все придется брать на себя. Наверное, ему стоит только посочувствовать божеству, которому пришлось воплотиться в человеческом теле. Слабом, смертном, и полным всяких неуправляемых эмоций.

В углу появился домовой, растрепанный и нахохлившийся. Красные глаза смотрели на Белоноса укоризненно.

– Ладно, не реви, – проговорил кот. – Лучше сшей жениху простую нижнюю рубаху с обережной вышивкой. Пусть носит, не снимая. Остальное предоставь мне. Будет у него броня, но не торопи. Не такое это простое дело.

Мира кивнула, утирая дорожки слез, скатившихся по щекам. Белонос встал и направился к двери. Для начала следовало хорошо подкрепиться.

Кот-баюн пропал на несколько дней, а затем появился под вечер. Шерсть его была потускневшей и всклокоченной, глаза едва светились. Он прихрамывал на одну лапу, прямо, как тогда, в последнюю встречу с лешим. Белонос не ожидал, что дома его встретит хозяйка. Обычно она все время проводила со Светозаром, пока последний луч солнца не скрывался за горизонтом.

– Вернулся, – проговорила Мира с облегчением, рассматривая питомца внимательным взглядом. – Нелегко тебе пришлось.

Она почувствовала себя виноватой, но не решалась о чем-либо спрашивать. Оставалось только догадываться, по внешнему виду кота казалось, будто он непрерывно сражался. Ей хотелось взять его на руки и прижать к себе, но она только спросила, присаживаясь рядом:

– Как тебе помочь?

Белонос слишком устал, чтобы удивляться внезапной перемене Миры и отвечать. Он развалился на медвежьей шкуре, вытянул раненую лапу и уснул. Наконец можно было расслабиться.