До нескорого, она же

— Почему же ты все ещё здесь?

— Обещал. Но не обещал не воскресать. Теперь, когда ты все вспомнила, я должен быть рядом. Понимаешь, Наташа?

И было в этой Наташе что-то такое… Что-то такое, заставляющее сжаться даже окаменевшее от боли сердце.

Наташа.

Три слога, но чувств — сколько?..

— Теперь, когда я все вспомнила, ты точно не должен быть здесь, — заметила тетя тихо. — Потому что правда может выплыть наружу. Что ты будешь делать тогда?

Мужчина несколько секунд молчал, потом ответил:

— Я придумаю.

— Как глупо…

— Точно.

Очень глупо. Глупо было тогда тебя оставлять, смирившись с этой утратой. Глупо было сдаться и не заняться твоим поиском. Время… — на мгновение он замолчал. — Как песок сквозь пальцы. И я не могу позволить себе упустить ещё больше.

— Как видишь, я научилась справляться со всем сама.

— И с сыном?..

— Но ведь…

Последние слова прозвучали, будто в тумане.

И показались бессмысленными, как вся наша жизнь.

Запретный разговор, до того настолько волновавший меня, вдруг перестал иметь всякое значение.

Я почувствовала всплеск магии совсем рядом, близко-близко, около души, и закрутила головой, пытаясь увидеть его причину. Вокруг ничего заметного не оказалось, но душа, не желающая успокоиться, сама потянула меня навстречу этой магии. И я направилась за ней.

Я вышла из-за кустов — кажется, какая-то противная ветка злостно хрустнула, разоблачив меня, но мне было без разницы — и побежала в направлении магического всплеска. И я даже не удивилась, когда рядом возник Яр, целый и невредимый, если не считать застрявшего в волосах резного листочка рябины.

Хотя нет. Ярослав затормозил меня на целую секунду. Я спросила у него:

— И что ты тут делаешь? — и заметила следом: — Впрочем, можешь не отвечать.

А потом продолжила путь.

Яр пошел за мной.

Источник магии я обнаружила: им оказалась сияющая чернильно-черная бездна, раскинувшаяся на плитках одной из площадок парка. Диаметром бездна была не больше метра, но сколько силы несла в себе!... Чернота центростремительно сгущалась, точно смерч, и манила, манила, манила… Я шагнула к ней навстречу и осмелилась бы ее коснуться, позволила бы себя поглотить, но Яр взял меня за запястье, пробормотал:

— Ничего, говорит.

Яна?

Я его не слушала.

У меня была бездна, и, как уважающая себя черная ведьма, выбирающая между белым магом и черной магией, предпочтение я отдала последней.

Ещё мгновение, и я бы, резко дернувшись, в нее шагнула.

Кажется, давления не выдержало даже мое пальто — все-таки упало с плеч.