До нескорого, она же

Яр сложил руки на груди и спросил:

— Что на этот раз?

Я опешила, но уже в следующее мгновение взяла себя в руки:

— Все хорошо. Ровно до того момента, пока не появляешься ты.

— Ещё скажи, ведьма, что и та нечисть — моих рук дело.

— А вот теперь обижаться пора мне!..

Ярослав рассмеялся, но я на провокации не поддалась, даже не улыбнулась. Уже собралась развернуться и уйти, как Яр произнес:

— Между прочим, я пытался написать тебе ВКонтакте, Яна Заболоцкая.

— Доступ только для друзей, Ярослав Синицын, — отозвалась я.

— Друзья — только черные и обыкновенные люди. Ты ни к тем, ни к другим не относишься. Особенный. А потому…

И я сделала несколько шагов по направлению к особняку.

— У тебя пальто съехало с левого плеча, — прозвучало за спиной.

Я, все-таки поправив пальто, обернулась и уточнила:

— Тебе что, совсем нечем заняться?..

Яр, как доблестный капитан пиратского корабля, стоял у лавочки, будто у штурвала, и смотрел вдаль. «Вдалью» являлась я. Поднявшийся ветер встрепал русые волны на его голове.

Темнота подчеркивала правильные черты лица, а серое пальто добавляло глазам глубину.

Красивый, что уж! Но глупый, как пробка. Конечно, родиться и красивым, и умным не каждому удается. Мне вот не удалось ни то, ни другое…

Возвращаться в особняк я не стала. Осторожно прошла около забора, своим любимым потайным путем, в парк. Подышать свежим воздухом. Да-да, просто подышать. К тому же, я не одна была такая дурочка. По парку гуляло ещё несколько черных. Кто-то сидел на лавочках, кто-то задумчиво обходил кусты, будто решал важнейшие вопросы мироздания.

Быть или не быть? Верить или не верить? Чувствовать или осознавать?

Было темно и грустно ровно до того момента, пока я не заметила кудри тети за одним из желтых высоких кустов, ещё удерживающих непослушные листья на ветвях. Я почти приблизилась к ней, но потом замерла: тетя стояла там не одна.

Кустик, кустик, помоги и сбереги! Я сжалась и замерла. И вот так всегда: вляпаться, значит, не боюсь, а вот спастись трушу…

Пришлось стоять и подслушивать.

Очень некрасиво, но что мне оставалось? Нельзя же просто так взять и уйти, извинившись.

Сквозь тьму и листья тетин собеседник различался плохо, но я смогла разглядеть короткие волосы, явно светлые, и темную, под цвет окружающей среды, куртку. Он был намного выше тети, где-то с Влада. И смотрел на тетю внимательно и сосредоточенно, будто боялся, что упустит хотя бы звук, хотя бы взгляд.

— Ты обещал мне умереть, — вдруг произнесла тетя с горечью в голосе.