Судьба из другого мира

— Пошли пройдёмся в парк? Там будет меньше народу, а ещё я покажу дуб, которому более столетия, и…

— Полина, кто это такой? — совсем рядом прозвучал голос Игоря.

Хм, я почему-то не рассчитала, что он так быстро подойдёт. И кралю свою оставил, вон, стоит возле столика с фруктовыми настойками в миниатюрных бутылочках и смотрит так злобно, что на душе делается хорошо.

Арне бросил на меня вопросительный взгляд. Но одновременно встал так, чтобы Игорь не смог приблизиться, ещё и положил руку мне на талию. Не вызывающе, но очень… определённо.

Брови Игоря сошлись на переносице. Ничего хорошего этот взгляд не обещал. В такие моменты в Кабычинском просыпалась горячая кровь предков по материнской линии, которые воровали девиц, запирали их в гаремах и рубили головы мужчинам, посмевшим туда пробраться. Но Арне явно таким не напугать. А во мне почему-то проснулось то древнее чувство — смесь азарта, интереса и лёгкого страха, когда вдруг теряешь активную позицию и становишься своеобразным призом.

— Арне Ольсен, парень Полины, — сказал он таким голосом, что почудилось, будто мы встречаемся этак с полгода и вообще скоро поженимся. — А что?

— Значит, парень, — прошипел Кабычинский, сверкнув глазами. — А мне ты почему-то об этом никогда не рассказывала.

— Полина? — мягко позвал Арне.

— Это мой бывший молодой человек, Игорь, с которым мы расстались несколько месяцев назад, — ровно произнесла я.

Я оценила, что Арне не стал хмуриться и щурить глаза. А для начала спросил меня.

— Только совсем недавно обедали за одним столом со всей семьей, — неотразимо улыбнулся Кабычинский, — и обсуждали переезд в Париж.

Бровь Арне приподнялась. Немой вопрос, пока ещё ледяное спокойствие. Но я чувствовала, что может произойти нечто не очень хорошее. А ещё его рука сжалась у меня на талии, так что дышать немного трудновато. Но это мелочь.

— Конечно, только не обедали, а ужинали. И обязательно с семьей, — прошипела я, — мы же это любим делать у всех на виду, прямо на столе. Без свидетелей у тебя просто не получается. Что на работе, что в других местах.

Ибо как же Кабычинский будет сверкать всеми гранями своего таланта и никто не увидит? Да ни за что!

Я ухватила Арне за руку и крепко сжала.