Последняя тень

Первым делом стоит надеть комбинезон из тончайшей хлопковой ткани, которая облегает тело от щиколоток до самого горла, а на руках доходит до запястий. Чёртовы пуговички между ногами! Потом натянуть сверху чёрный костюм из мельчайших металлических чешуек. На ощупь одежда весьма напоминает шкурку, которую сбрасываю змеи в период линьки: такая же тонкая, почти невесомая.

Очень полезная штука: почти невозможно пробить, даже стрелой длинного лука, пущенной в упор. К сожалению, обычный человек, если его засунуть такую кольчугу, скоро начнёт задыхаться, а потом и вовсе умрёт.

Среди вещей нашёлся мой набор моющих лосьонов и книга стихов, что подарил Кир на годовщину наших встреч. Сумка казалась достаточно полной, поэтому я некоторое время размышляла, постукивая пальцами по коже обложки. Потом-таки сунула маленький томик внутрь и потянула шнуровку. Всё, осталось набросить на плечи плащ, подхватить Пену, и я готова.

Солдаты и лейтенант очень внимательно слушали отдалённый лязг и смотрели на полосы дыма, пересекающие небо. Дымных столбов стало много больше. Кажется, мои спутники понемногу начинали паниковать.

- Идём? – спросила я, наслаждаясь зрелищем бледнеющих лиц. – Или подпустим их поближе?

- Дура! – фыркнул один из вояк. – Ты бы видела, на что эти гады способны! Один раз топором махнёт – пара голов долой!

- И броню хрен пробьёшь, - угрюмо добавил второй. – Вроде как по каменюке лупишь – только оружие тупить.

- Оставить панику, - буркнул лейтенант. – Никто от вас не требует держать оборону насмерть. Наша задача: добраться до границы.

Пока мы возвращались, звон за спиной становился всё громче. Среди простолюдов этот звук породил настоящую панику, так что Киру пришлось строго прикрикнуть, чтобы прекратить галдёж. Я внезапно ощутила слабость в ногах и мерзкую дрожь, катящуюся по телу, от пяток до макушки. Кажется, зельевар не только переборщил с грибами, но ещё и бросил лишку кучерявой травы.

- Выходим? – спросил Кир. Кажется, он то ли опасался, то ли просто не желал лишний раз со мной разговаривать, но тут выбора не было. – Жимуинцы вошли в аббатство. Им, конечно потребуется некоторое время, чтобы понять, где мы, но не так много, как хотелось бы.

- Время терпит, - сказала я и подошла к зеркалу. Первое и единственное, что встретилось после пробуждения. – Ты же должен знать: время терпит всегда.