Вампир

— И, несмотря на это, ты готова была унижаться лишь бы я помог ей? Тебе не кажется, что это странно?

— А что странного в том, чтобы помочь человеку? Ей нужна была помощь, и я сделала всё, что в моих силах, чтобы ей эту помощь оказать.

— Ты могла просто пройти мимо, как и большинство людей, — заметил барон.

— Могла, — согласилась с ним Лера. — Только вот потом меня бы совесть загрызла за то, что я ничего не сделала.

— Ну, что, совестливая ты моя, как будешь платить за услугу?

— А?

— Б. Алфавит учить будем?

— Нет, я его знаю, спасибо, — хмыкнула она.

— И что с того, что ты не думала об этом?

— Я сделаю, что пожелаете, — вздохнув, ответила Лера, ковыряя дорогу носком туфли.

— Тогда идём, — сев на лошадь, хмыкнул барон.

Они вышли за пределы деревни и куда-то пошли. Они шли уже часа три, когда Лера решилась спросить куда они идут.

— Ко мне, — посмотрев на неё сверху вниз ответил барон.

— А далеко ещё?

— Если таким шагом, то дня два.

— Два дня? — Лера резко остановилась.

— Куда ты не успеешь? — барон тоже остановился и подъехал к ней.

— На свою свадьбу. Я через пять дней замуж выхожу.

— Через пять дней? — задумался барон, а потом предложил: — Хочешь, я составлю твой гороскоп? Когда ты родилась?

— Девятого августа… — растерялась Лера.

— Ага… — пробубнил Хэмфри. — А год?

— Сейчас тысяча пятьсот тринадцатый, — задумалась Лера и принялась высчитывать, загибая пальцы, — а мне — двадцать четыре.

— …тысяча четыреста восемьдесят девятом, — вздохнул барон. — Как ты замуж собралась, если даже год своего рождения не знаешь?

— Простите… — пробормотала она, чертя носом туфли полукруг из стороны в сторону.

— Так-так, посмотрим-посмотрим… — забубнил барон, вырисовывая прямо на полотне песчаной дороги какие-то круги, линии, символы и не понятные слова. — Ничего не понимаю, — нахмурился барон, сведя брови на переносице и почесав голову, — где я ошибся? — заворчал он и вновь стал проверять начертанное.

— А что получается? — робко полюбопытничала она.

— Получается, что ты родилась не в тысяча четыреста восемьдесят девятом, а в будущем, в четвёртой четверти двадцатого века. Но, это же чушь! — эмоционально взмахнул он рукой. — А-а, ладно… Дома ещё раз пересчитаю да с таблицами сравню. Пошли, — взял он лошадь под уздцы.