Волчица для императора чудовищ

Волчица для императора чудовищ

Александра Ибис

Пролог

Пусть же дьявол ликует,

Как еще никогда;

Древний хаос бушует,

И пылает вражда;

Пусть любовь холодеет,

Каменеют сердца,

— Кто любить еще смеет,

Тот люби до конца.

"Пусть же дьявол ликует...", Дмитрий Мережковский

Он носит маски, не снимая,

Но во тьме ночной

Желаю, глупая, понять я,

Кто ж он, мой король.

Он засмеётся и поправит:

«Я император, Кара».

Меня склониться он заставит,

А я буду и рада.

Его чудовищем все кличут,

Но сердце говорит,

Что там под маской король прячет,

То, что мне благоволит.

Сижу на троне, а он рядом,

И сердце моё стучит,

Отравленное сладким ядом,

Оно о любви молит.

Возможно, мне не следовало этого говорить. Ни этого, ни всего того, что я сказала в дальнейшем. Но…

- Если ты не уберёшь от неё руки, чёртов ты кусок дерьма, то я откушу тебе голову и насажу её на ограду возле лагеря!

Томас оскалился.

- Твоему брату это не понравится!

- А мне не нравятся твои поползновения, - отрезала я.

– Ещё одно слово, и я буду считать, что ты бросил мне вызов.

- Малышка Кароль сможет сопротивляться?

- Она сожрёт тебя заживо, псина!

- Такая же псина, как и ты! – бросил Томас, но, наконец, отошёл от привязанной к дереву девчонки. – Какая тебе вообще разница, что с ней будет?

- Мы не звери, Томас, - напомнила ему я, убирая кинжал, который всё это время держала наготове. – И они нам не враги. Она так точно.

- Ты будешь утверждать то же самое, когда одни их воины будут трахать тебя и других наших девиц, а другие убивать мужчин? – зло выплюнул мне в лицо бывший деревенский кузнец, а ныне – человек, что принимает волчье обличье.

Наши создатели обозвали его, меня и нам подобных оборотнями.

- Свали, пока я тебя не убила!

Томас вновь оскалился, но, перекинувшись в волка, скрылся между деревьев. Я какое-то время пронаблюдала за его серой грязной волчьей шкурой. Убедившись, что он действительно убрался восвояси, я подошла к пленённой девчонке.

- В порядке? Он успел что-то сделать?

Она помотала головой.

Я оглядела её с головы до ног: на скуле синяк, рыжие волосы похожи на пакли, одежда грязная, словно её тащили по земле, и я не удивлюсь, если так и было. Голубые глаза смотрели на меня с недоверием, но хоть ужаса в них не было. Девчонка не знала, чего от меня ждать. Что уж говорить: я сама не думала, что буду кого-то сегодня спасать.

- Если я тебя сейчас освобожу, сумеешь добраться до своих? – спросила я, вынимая кинжал.