Закатная звезда Мирквуда

— А ваша мать? — пытливо поинтересовался юноша, опьянённый долгожданной истиной, до поры хранившейся за семью замками.

— Уплыла за море, когда от хрустального Менегрота остались развалины после атаки Феанорингов².

Повернувшись к нему, Андунээль пристально посмотрела в карие глаза. Ей хотелось бы увидеть в них хотя бы тень понимания, но мальчишка был бесконечно далек от этого. Интерес – вот что безраздельно владело им.

— Но если вы из Дориата, то как оказались в Лориэне? — продолжал он засыпать её вопросами, чем вызвал снисходительную улыбку, полную грусти.

— Моя жизнь в Лотлориэне была не такой долгой, как ты мог себе представить, — проведя ладонью по подставке для оружия, она подошла к арке, ведущей на балкон и села в её проеме. — Не одно тысячелетие я странствовала.

— Одна?

— Да, — кивнула эллет и чуть сдвинулась, давая Хэзураду сесть рядом с собой.

— И чем вы занимались в странствиях? — вскинул бровь он, казалось, позабыв о причинах, заставлявших его избегать Андунээль.

Опершись головой о стену, она ядовито усмехнулась. Она много чего могла бы рассказать ему о сотнях лет, в течение которых охотилась на наугрим. Как рыскала по горным дорогам, выискивая их следы. Неслышная и почти незаметная, призраком, сотканным из тумана, она преследовала гномов. Бескрылой смертью кружила над их стоянками, выжидая подходящего момента для того, чтобы отправить их к праотцам, вернуть в земную твердь, из которой они были созданы когда-то.

Или она могла бы поведать о том, как на её глазах строились великолепные белокаменные города.

Но вместо этого Андунээль усмехнулась.

— Поверь, ты не хочешь этого знать.

Её не удивило бы, стань он настаивать, но Хэзурад отвлекся на собственные размышления. Вспомнив их разговоры, он кивнул своим мыслям.

— Теперь я понимаю, почему вы говорили, что Мирквуд напоминает вам дом.

Эллет горько улыбнулась. Ей нечего было на это сказать.

— Вы пережили Битву в Тысяче Пещер⁴ и атаку Феанорингов⁵. Вам известна жестокость сражений, — растерявшись, когда она холодно усмехнулась, он наткнулся на незримую преграду, непреодолимую стену, что образовалась между ними. Словно очнувшись ото сна, он вновь оказался придавлен тяжестью увиденного.