Бессмертие не для всех

А когда Ярон вновь появится на острове, мы с тобой совершим обряд, который описан в книгах. Душа Велега покинет совершенное тело, и Великий Дух войдёт в него. И тогда начнётся новая эра.

– Мы сделаем всё, как ты решил! – с воодушевлением поддержала его Церелия. – Нет больше сил выносить бесчинства Ярона. Пусть самый достойный дух обретёт его прекрасное тело!

– Да, жди меня. Я буду скор.

– Но, прежде чем ты уедешь, я хотела бы попросить тебя об одном одолжении, – Церелия опустила глаза.

– Проси о чем хочешь! – в порыве великодушия воскликнул Горудун.

– Я опасаюсь, что Ярон появится здесь раньше, чем ты вернёшься. Я не смогу совладать с ним одна. Дай мне на время свои чётки.

– Чётки? – Горудун стушевался.

"Что угодно, только не это", – подумал маг.

Он не расставался с чётками с тех пор как стал свидетелем расправы, которую Ярон учинил над ориенцами. Без кристаллов он чувствовал себя беззащитным.

– Ты вряд ли встретишься с Яроном в пути, – уговаривала его Церелия. – Он не подозревает об этой поездке.

– Он всегда оказывается там, где его меньше всего ожидаешь, а в замке есть такие места, о которых он не знает. Спрячься и не показывайся ему на глаза.

– Он терпеть меня не может! – жалостливо заговорила старуха. – От него не спрячешься. Если со мной что-нибудь случится, ты не сможешь провести обряд.

– Не тревожься! – Горудун положил руку на плечо всхлипывающей старухи. – Ярон не объявится здесь до моего возвращения.

– Я уже здесь! – занавески распахнулись, и в комнату вошёл Неприкаянный. – Ты собрался куда-то ехать?

Ярон подошел к нише, в которой стояли тёмные пыльные бутыли, налил вина и с удовольствием выпил.

Горудун и Церелия облегчённо вздохнули: Ярон поспешно ворвался в покои мага и не успел подслушать их разговор.

– Да, я отплываю на материк, по твоей милости, между прочим, – сказал Горудун, лениво растягивая слова.

– Вот как? – насторожился Ярон.

– Меня удручает ссора с драконами, и я намерен восстановить мир с ними.

– Ярость драконов не проходит быстро. Ты надеешься на своё красноречие?

– Нет, на их жадность.

– Я тоже поеду, покажу тебе, где они спрятаны.

– Нет, мой мальчик. Ты оскорбил Бируза, нам лучше не показываться на глаза драконам вместе.

"Как складно выкручивается", – думала Церелия.

Казалось, что осознание важности принятой на себя миссии придавало магу уверенность, а его речам убедительность. Дух, говоривший с Горудуном в башне, твердо вёл его к цели.