Институт неблагородных. Тёмные крылья

Лилиан устало опустилась в кресло и, подпёрев рукой лоб, так и осталась сидеть. Опустошённая, как выпитая бутылка игристого.

Марк больше не колебался. Он был рад, что самая тяжёлая часть объяснения позади: теперь Лилиан в его руках!

— Убедилась, что у тебя нет выхода? Или решила пожертвовать собой ещё раз?

— Думаешь, не смогу? — грандина Вилтер посмотрела на него и рассмеялась. Её голос звучал глухо, словно из подземелья. Она была на грани.

— Не сможешь, потому что в случае твоего отказа я не получу разрешения жениться на Аде.

Марк врал топорно и на ходу, понимая, что будь Лилиан спокойна, она бы поняла, что Дракон блефует. Оставалась одна надежда: если расчёт верен, Магесса испугается и выполнит просьбу.

— Что ты хочешь?

— Другой разговор, — Марк принялся мерить комнату шагами. — Я слышал, что есть обряд, позволяющий Аде вернуть невинность. Только не отрицай!

— Вот оно что! — Лилиан посмотрела на Марка с неприкрытой ненавистью.

— Ты совершишь его для неё.

— Я не смогу.

— Постарайся! — Марк снова начинал терять терпение. Ещё немного и он обратится, а там недалеко и до того, чтобы испепелить ведьму в её ковровом логове.

— Для такого обряда требуется помощь Древней магии.

— Это не помеха. Эмма справится.

— Допустим, — продолжала ехидно улыбаться Лилиан, чем выводила Марка из себя. — Но благочестие не равно природной невинности. Нельзя вернуть утраченное и вновь распоряжаться им по своему усмотрению.

— И как это исправить? — у Марка пересохло во рту. Должен быть выход!

Лилиан встала и медленно приблизившись, обвила шею Дракона руками:

— Поцелуй меня!

— Перестань, это ничего не решит! — мужчина попытался отстраниться, но Магесса крепко вцепившись в его волосы, процедила:

— Больше тебе не к кому обратиться, иначе не пришёл бы, верно?

— Ты потеряешь больше! — холодно ответил Марк и снял руки Лилиан со своих плеч. Ждать больше не имело смысла.

Марк, не глядя на бывшую невесту, застывшую посреди комнаты, направился к двери, желая поскорее очутиться на свежем воздухе. Голова нещадно болела и сделалась тяжёлой, мысли лениво перекатывались, как каменные шары по полу в игровых заведениях столицы. Казалось, что он не спал несколько суток.

— Погоди! — окликнула его Лилиан молящим тоном.