Обреченные

Райт…

— Вещи упакованы и отнесены в карету, регга!

— Умница!

Чужаки с самого начала вели себя слишком вызывающе для Медрица: откровенно презирали устоявшиеся порядки, привечали тех, кого местное общество недолюбливало и, наоборот, не желали выслушивать всеми уважаемых людей. После случившегося в лавке чаша терпения местных переполнилась. Вот только высказать чужакам в лицо свои претензии, им было не суждено.

Когда первой группке недовольных осталось миновать большую лужу и минут через пять достичь ограды особняка, карета уже выехала со двора.

— Нам нужен Анден, — произнесла Марго на прощание, словно приговор, и эхо подхватило имя, повторив его неоднократно. Фретерико выругался сквозь зубы, но спорить не стал. Пари он проиграл, осталось лишь повиноваться.

…Ехать пришлось долго. Райт спал. Марго читала. Фретерико дремал, нисколько не тревожась о нападении каких-нибудь несчастных разбойников, способных принять их за легкую добычу. Он бросил поводья, закрепив их мудреным узлом, и перебрался в карету.

Карета ехала и ехала, нигде не останавливаясь. Впрочем, и было-то негде. Дорога шла через лес, к ней подступали стволы, ветви иногда чиркали по бортам и крыше. Шелест деревьев не нарушал тишины, как и пение птиц. Под копытами лошадей стлался сизый туман и, если бы кто-нибудь из пассажиров захотел отодвинуть шторку на оконце, мог рассмотреть то там, то здесь мелькающие тени или пары пронзительных хищных глаз, внимательно следивших за безумцами, вторгшимися на проклятые земли.

— Фретти…

Фретерико поморщился, сел прямее и потер переносицу. Он не являлся трепетной натурой, но в такие поездки ему постоянно виделась всякая муть. Казалось, плохие места, по которым проезжали, тянули к ним мглистые щупальца, ждали момента, чтобы наброситься, разорвать, выпивая кровь и внутренние соки. Рядом завозился Райт, что-то тревожно пробормотав во сне.

— Хватит пугать бедного мальчика, он и так натерпелся, — тихо проронила Марго.

Она не сомкнула глаз с тех пор, как они въехали в Проклятый лес и, сказать по чести, Фретерико не понимал, как ей удалось подобное. Хмарь висела в воздухе, путала мысли, заставляла слипаться веки.

— Хочешь сказать, он чует мои сны?

— Он чувствителен к эманациям зла, ты еще не понял?

— Тогда причем здесь я?

— Вносишь беспокойство в и без тебя мечущуюся душу, — с упреком в голосе проговорила Марго.

— Скажешь тоже.