Отбор пяти колец

Гнев на служителей, на Фрола Зериона, на Кира Аверина, на Совет, на графиню Дэву, на отца и мачеху, которые, конечно же, все знали, но не предупредили ее и всю жизнь ее обманывали, заставляя верить в то, чего нет. Именно эта ярость вырвалась из нее, когда она решилась перечить графине Дэву.

Теперь же Агата чувствовала, что у нее больше нет сил. Она больше не может ни бороться, ни куда-то идти. Гораздо легче оказалось притворяться, что все также, как было всегда. Стать тенью среди прочих теней.

– Все хорошо, вам не следует об этом беспокоиться, брат Фрол, – ответила, наконец, Агата.

– Я по прежнему всем сердцем предана дракону-императору и хочу стать его женой.

Агата дала тот ответ, который, как она надеялась, хотел услышать Фрол Зерион. Судя по тому, как он покосился на нее, он ей не поверил, но сделал вид, что все в порядке.

Они подошли к резным дверям, ведущим в гарем. Агата потянула на себя тяжелую створку. Больше всего сейчас она хотела увидеть подруг. Хотела, чтобы кто-то обнял ее, и сказал, что все хорошо, что она молодец и все правильно сделала.

А еще она хотела пойти в купальню, стянуть с себя голубой шелк, и прыгнув в воду с головой, одним махом смыть все, что прилипло к коже, и застряло в голове.

Ее окликнул Фрол Зерион:

– Госпожа Агата, помните, вы спрашивали меня о том, сможете ли вы стать одной из служительниц, если не пройдете отбор? Вы все еще хотите этого?

Агата на мгновение замерла, а затем, повернувшись к нему ответила.

– Боюсь, что нет, брат Фрол. Видите ли, мои намерения изменились.

Если я не пройду отбор, то вернувшись домой, открою свою ферналью ферму.

Верховный служитель, вздернув брови, взглянул на нее. Похоже, он был удивлен таким ответом.

Агата улыбнулась ему в ответ, слегка поклонилась и ушла, захлопнув за собой дверь.

– Дорогой брат, тебе не кажется, что в этой истории столько дыр, что через нее можно просеивать муку? – поинтересовалась Елена, выпроводив вон графиню Дэву и заняв кресло в котором та раньше сидела.

Кир устало прикрыл глаза.

Спустя столько лет ему все еще было сложно думать о Елене, как о сестре.

Он не винил мать за то, что после гибели отца, она вышла замуж за вдовствующего князя Алман. Большая часть их владений находилась в Южных княжествах и во время мятежа их семья почти все потеряла. Кир далеко не сразу добился успехов на службе, а для матери жизнь в стесненных обстоятельствах казалась хуже смерти. Замужество с одним из богатейших князей Империи, позволило ей быстро поправить дела.