Отбор пяти колец

Ему казалось, что он слился с толпой. Он был генералом, драконом, девушкой, вельможей, графиней, послом. Он был каждым из них и никем.

Амфитеатр накрыло вуалью сумрака. Тучи застилали солнце.

Первые капли дождя упали на плечи и головы холодными стрелами. Вскоре вода полилась неукротимым и диким потоком, насквозь промочив одежды и волосы.

Песнь прекратилась. Остановился и безумный танец. Люди стояли опустив головы и не глядя друг на друга.

Подобрав с пола плащ, ставший мокрой, насквозь тряпкой, Кир неловко сжимал его в руках.

Дракон-император встрепенулся и вдруг побежал вперед. Так быстро, что у служителей не было ни шанса нагнать его.

Выбежав из ложи, он широкими прыжками преодолел ступени трибун, заставив девушек с визгом убегать с дороги. Выскочив на орхестру дракон-император подбежал к госпоже Агате, не обращая внимания на свернувшуюся кольцами в корзине змею.

Он заключил девушку в объятия, так что она тут же утонула в складках его расшитой золотом и драгоценными каменьями мантии.

– И как вы только выдумали такое! Как вы только посмели такое учудить! – кричала графиня Дэву, склонившись над ней и орошая ее лицо и волосы капельками слюны.

Агата сидела опустив голову и обхватив себя руками за плечи. Несмотря на жаркие дни, ночи были холодными, а ей не предложили никакой накидки, чтобы прикрыть обтянутые тонким шелком плечи.

За витражными окнами выл ветер и бил дождь. Стекла дрожали в раме, не давая стихии пробраться внутрь дворца.

Пока графиня Дэву бранила Агату, нависая над ней, подобно фернали, клевавшей добычу, Кир Аверин и Фрол Зерион сидели в стороне от них, утопая в глубоких креслах, стоявших возле круглого столика.

Генерал с еще непросохшими от дождя волосами, растрепавшимися на затылке, казался еще моложе и был похож на мальчишку. Верховный служитель сидел опустив голову и сжав тонкие губы в узкую линию. Едва ли можно было догадаться о чем он думает.

Впрочем, Агате было все равно. Графиня Дэву могла кричать на нее, Кир Аверин злиться, а Фрол Зерион быть разочарованным. То, что про нее думали эти люди больше не имело значения.

Она все еще чувствовала жар ладоней дракона-императора у себя на плечах и на спине, ощущала его горячее дыхание в своих волосах, слышала аромат цветов и пряностей, которыми пахла его кожа, сквозь который пробирался совсем другой мускусный и тяжелый запах.