Берегите хвост, Ваше Величество!

Я сделаю что угодно, чтобы поскорее вернуться домой. А сейчас попрошу меня извинить. Мне что-то нехорошо. Я бы хотела уйти к себе в комнату.

Крикнув остальным нагам, что скоро придет, султан взял меня за плечи, помогая подняться. Краем глаза успела заметить, как где-то вдалеке Ляйсссан недовольно задергала хвостом, а Ингесс смотрела на нас, прижав ладошки ко рту.

Пока шли, меня мутило, и я уже подумала, что облагорожу какой-нибудь фонтан по пути, да все же сдержалась.

– С тобой точно все в порядке? – повторил свой вопрос Кай.

Он по-прежнему держал меня за плечи, уткнувшись носом в макушку, и лица я его не видела.

– Идите, Ваше Величество, я справлюсь, – кивнула, мечтая скорее остаться одной, обнять Бенедикта и вволю пожалеть себя.

Султан все же завел меня в ванную, а после ушел. Я услышала, как закрылась дверь в комнату, и только после этого дала волю эмоциям.

Ну как, эмоциям. Сперва меня все же стошнило, а после я доползла до кровати, свернулась в клубок и заплакала. Хорек заметался в клетке, но сил выпустить его у меня уже не осталось.

Жалость к себе – ужасное чувство. Оно разъедает изнутри, человек становится апатичным и ленивым. Ведь зачем что-то делать, когда можно просто поплакать и пожалеть себя-несчастную?

Но как бы там ни было, сейчас мне себя было действительно очень-очень жаль.

Я одна, в незнакомом мире, без друзей и семьи. У меня нет совершенно ничего, кроме гитары, да хорька. Другие невесты меня ненавидят, женской солидарности от них не дождешься. Йен гадит исподтишка, положиться мне совсем не на кого.

Как открылась дверь я не заметила, зато почувствовала теплые руки на своих плечах.

Повернула заплаканное лицо от подушки и увидела склонившегося надо мной Кая.

– Уйдите Ваше Величество! – попыталась совсем не по-королевски пнуть его ногами, но их тут же обвил тугой хвост, такой же теплый, как и руки.

– Успокойся, Варя, – прошептал на ухо султан, втягивая носом воздух. – Успокойся, все хорошо.

– Вот не надо этого, – проговорила уже без эмоций, поняв, что выбраться из змеиного плена не удастся. – Будто вам есть какое-то дело. Сами же сейчас сказали, что только за сделку переживаете. И сердце у вас холодное, не зря Каем зоветесь!

Умом я понимала, что султан-то мне ничего не должен – ни внимания, ни сочувствия.