Долгождана и князь-отступник

Ратдор засмеялся:

— Какая же ты юная и чистая, моя Долгождана!

Он всё же укутал девку кафтаном, вдруг сильно прижал её к себе и шёпотом спросил:

— А коли придётся отложить свадебные пироги, дождёшься ли меня? Не остынешь ли?

Жданка дёрнулась так, что чуть не вырвалась из руки жениха и не свалилась с холки Игрунка. Она хотела посмотреть в глаза Ратдора, а он не давал ей развернуться, прижимал всё сильнее. Брови его хмурились, глаза щурились, но шёпот оставался ласковым:

— Что скажешь, Долгождана?

— А то скажу, что ты вдруг в поход собрался, хотя и не обязан.

Значит, дело плохо, значит, князь снова не обойдётся дружиной, станет собирать рать. И ждать я не собираюсь!

— Вот как… — промолвил печально Ратдор.

— С тобой пойду! — заявила Жданка. — И не отговаривай, у тебя отговорить не получится. Я пока ещё не жена тебе, мне сейчас только батюшка указ.

— Ты думаешь, Ждан отпустит тебя? В своём ли ты уме, моя красавица?

— Отпустит, — уверенно заявила девка. — Скажу ему, что я или в Девичий пруд вниз головой, или с тобой в поход!

— И ты не пожалеешь отца, который только тобой и дышит? — удивился Ратдор.

— Из какой же стали твоё сердце, Долгождана?

— От этой стали содрогнутся и побегут вороги земли нашей! Не думай, что если девка, то слаба и глупа. Меня по детским годам братья всему научили: и стрелять, и пращой камни метать. Мечом не владею. Радовлад перед первым своим походом сделал мне деревянный, захотел обучить. Но батюшка увидел, как брат моё оружие из руки выбил и к горлу своё приставил, и плёткой его взгрел.

Мне тоже досталось.

— Сколько ж тебе тогда годков было?

— Семь. Мы с Вячко, который тогда у нас жил, всё равно на палках бились, когда никто не видел. Всерьёз бились. Иной раз седмицу дышать больно было из-за ударов по рёбрам. Но мне-то что, доить коров и полоть огород и побитой можно. А вот Вячко тяжёлой работой был занят. Сам белее снега, из глаз слёзы рекой, губы искусаны… но не отлынивал.

Игрунок бросился в сторону леса, за которым было Межречное, где жила Жданка, полетел нал островами и двумя рукавами реки, что рождалась на горах.

Там среди каменистых холмов и очёсков лесов раскинулось небольшое село Дальнее. Конь почти отвесно упал в просвет жиденькой осиновой рощи, где жила ведунья Гулрад.

— Далее пешими пойдём, — сказал Ратдор. — Если матушка скажет что-то небывалое или печальное, не удивляйся и не кручинься.

— Хорошо, — ответила девка и захотела прижаться к жениху.

Но он отстранился и взял её за руку.