Отражения. Миттельшпиль

Ахо скользнул рядом, задев мои ноги хвостом, и спрятался в тенях за спиной Кондора.

— Ты хотела меня видеть.

Это было сказано спокойно и очень тихо.

Я поплотнее запахнула халат на груди.

— Я была у Аниты и… — я сглотнула, подбирая слова. — В общем, чары вышли из-под контроля.

Прозвучало это не так, как ощущалось. Обыденно, даже нелепо, никакого тебе холодка вдоль спины.

— Вот как? — Кондор не казался сейчас раздраженным или подчеркнуто строгим, он даже почти не удивился. — Такое… случается с новичками. Кто-то пострадал?

Я помотала головой.

— Только мое самолюбие.

И я рассказала ему про серебро, стекающее с пальцев, про галерею и леди Филиппу, заставляющую меня медленно дышать, пока я не успокоилась.

Волшебник, кажется, выдохнул. Он сел в одно из кресел и положил руки на подлокотники. Напряжение исчезло.

— И что случилось перед тем, как это произошло? — Кондор жестом указал мне на другое кресло, куда я и забралась, поджав ноги.

— Я выпила пунш, — призналась я, сделав глубокий вдох, как перед прыжком в омут.

— Он мог ослабить контроль, — Кондор снова кивнул и дотронулся пальцем до своего подбородка, словно задумался. — Это опрометчиво, но я уверен, что ты достаточно умна, чтобы не…

— Там был Форжо, — добавила я, чувствуя, как краснею, настолько глупым мне казалось все это. И злость на Форжо, и моя настойчивость в том, чтобы выдернуть Кондора среди ночи поговорить.

Опасность, мнимая или нет, осталась где-то там, в прошлом, и я чувствовала себя дурой.

Но Кондор посмотрел на меня, цепко, как всегда, когда что-то начинало его интересовать.

— Форжо сказал тебе что-то не то? Разозлил? Обидел?

— Разозлил, — призналась я, подумав. — Я не хотела его видеть, хотя он… только сказал, что Феликс не собирается никому ни о чем рассказывать и прощает меня. Мне просто не нравится Форжо.

— У вас хороший вкус, леди Лидделл, — фыркнул Кондор. — Я бы удивился, если бы Форжо был вам симпатичен.

Я положила подбородок на колени и пожала плечами.

— Рядом с ним я…

— Не чувствуешь себя в безопасности, — закончил за меня волшебник.

Я почувствовала себя еще большей дурой. И за свою недавнюю злость из-за того, что Кондор опять куда-то исчезал, в том числе.

— Но почему тогда… раньше она не проявлялась? — я подняла голову.