Отражения. Миттельшпиль

— И все-таки, леди Рэндолл, — сказал Ренар так же мягко, как говорила Анита. Не чувствуй я напряжения, подумала бы, что они флиртуют. — Я сам выбираю, когда выходить из игры.

Анита покачала головой, но ничего не ответила. Поднявшись из-за стола, она мягко сжала мое плечо:

— Четверть часа, леди Лидделл, — шепнула она. — Только потом верните мне мастера Рейнеке. И выспитесь сегодня, у вас круги под глазами.

***

Круги под глазами у меня правда были, и куда сильнее, чем с утра. Я заметила их, когда вытаскивала шпильки из волос.

Спать мне пока не хотелось, но я вдруг почувствовала страшный голод и с таким остервенением набросилась на сэндвичи, что Ахо лишь посмотрел на меня — и отошел подальше, сел на пол, обвив хвостом аккуратно поставленные лапки.

От одного запаха ветчины и сыра у меня кружилась голова.

— Ты колдовала, человечье дитя.

Я посмотрела на него, не переставая жевать.

— От тебя разит магией, — сказал фэйри, щурясь. — Злой магией, дикой магией, не той, которой ты пахла с утра.

Хвост дернулся, кончик двинулся туда-сюда, словно Ахо нервничал.

Возможно, так и было.

Я вытерла губы тыльной стороной ладони.

— Это чары Хозяина Зимы? — спросила я.

Сложить в голове кусочки пазла было несложно, но Ахо не торопился подтверждать мои догадки. Он снова дернул хвостом, переступил с лапы на лапу и посмотрел куда-то вбок, словно искал, не прячется ли в тенях кто-то или что-то, не желающее нам добра.

— Мне запрещено говорить с тобой о волшебстве, человеческое дитя, — напомнил он. — Но не запрещено говорить о властителях иной стороны, и в таком случае, да, ты пахнешь теми чарами, которые получила в дар от господина, владеющего землями декабря и землями окрест.

Он чуть вытянул голову вперед, словно был котом, который наблюдал за нахальной мышью, бегающей вдоль стены.

Я осторожно поставила чашку с чаем обратно на поднос, и посмотрела на окно. Стекло, к счастью, не торопилось покрываться ледяными узорами.

— Но тебе не угрожает сейчас ничего, — Ахо поторопился успокоить меня. — Близится время иной госпожи, а в местах, подобный этому, слишком много огней и человеческих чар, чтобы приходить сюда без приглашения, да еще и на излете своего времени. Ты можешь спать спокойно сегодня.

В его голосе звучало самодовольство — еще бы: верный страж моих снов безукоризненно нес свою службу.