Моя мачеха - землянка

Нет, мне слишком важна благосклонность Такета, чтобы так рисковать. А вода… Потерплю как-нибудь».

Улыбнулась как можно благожелательнее и указала взглядом на кота:

– У меня руки заняты.

«Вывернулась, – облегчённо перевела дух. – И не отказала… Вдруг, это важная шишка? И не согласилась, чтобы не нервировать иха».

– О чём вы двое беседуете?

Невольно вздрогнув, я затаила дыхание.

Лёгок на помине!

Я думала, Такет обсуждает что-то важное со старейшинами своего рода. Да, я узнала среди окружения иха тех, кто видел меня в неглиже перед «первой брачной ночью», и до сих пор была в шоке от некоторых порядков на Луниане.

Думала, что мой собеседник стушуется перед моим «мужем» так же, как Кнессэ, но мужчина спокойно повернулся к иха и попросил:

– Представишь меня своей жене?

Я приподняла брови в немом изумлении. Так они, оказывается, весьма близко знакомы! Такет недовольно поморщился, но всё же подхватил меня под локоток и, притянув к себе, чопорно произнёс:

– Хали моя, позволь представить моего верного друга Эронда Орьил.

Я кивнула, радуясь, что угадала об их взаимоотношениях, когда Такет добавил:

– Держись от него подальше.

И с изумлением посмотрела на «мужа». Лицо его казалось каменным, а вот Эронд весело расхохотался. Успокоившись, подмигнул мне:

– Тет всегда был ревнив! Не повезло тебе.

– Когда я разрешал тебе так обращаться к моей жене? – сурово нахмурился иха.

– Формальности соблюдены, – небрежно отмахнулся его друг и внимательно посмотрел на меня.

– Ронд! – предупреждающе рыкнул Такет.

– Брось, Тет, – перешёл тот на шёпот. – Не секрет, для чего Его Величество собрал этот балаган. Или ты думаешь, в этом зале поднимают другую тему, нежели любопытнейшие отметины на шее твоей хали?

Он, сузив глаза, посмотрел на приятеля, и к моему удивлению я заметила, как на бледных щеках иха проступил лёгкий румянец. Для верности мотнула головой.

Атмосфера сгущалась, и каждый вдох давался с трудом, как приятель моего мужа вдруг хлопнул Такета по плечу, – как мне показалось, одобрительно, – и обратился ко мне:

– А ты совсем не помнишь меня? – И намекнул: – Ночь. Смертельная угроза. И благородный герой, появившийся из ниоткуда.