Опаленные души. Часть вторая: Зеленое пламя

Его пальцы еле заметно дрожали, потому что… ничто не могло уменьшить этот гнев. Он пытался так много раз, использовал множество методик, артефактов и даже помощь целителей, но… ничто не могло ему помочь.

Они поняли? – испугано подумал Смит.

Гостфайеры узнали о его проблеме и нашли какие-то артефакты, уменьшающие побочные эффекты безумия? Тогда он в полной заднице! Проклятье, они имеют полное право казнить его прямо сейчас! Даже подозрение в огненном безумии было основанием для суровых мер. Габриэль был в безопасности только потому что его считали слишком безродным для подобного.

– Ну как вам? – с любопытством спросил посланник.

– Что? – непонимающе переспросил Смит.

– Конечно, леди Рената не самый прекрасный цветок в оранжерее, но эта девушка является потомком старинного и сильного рода, – улыбнулся посланник.

Не самый прекрасный? – невольно отвлекся Габриэль.

– Если вы скрепите себя узами брака, то приобретете замечательный старинный особняк в самом центре Лондона, квалифицированную прислугу и, главное, определенный статус в обществе.

– Чего? – совершенно потерялся в происходящем безумии Смит.

Посланник увидел его ошарашенное лицо и невольно запнулся.

– Он предлагает вам брачный контракт, капитан, – тихо пояснил Вольф, воспользовавшись паузой.

– Брачный контракт? – с невольным ужасом переспросил Смит – В смысле… свадьба? Голуби, белое платье и… и все эти штуки? Чтобы я и эта девушка… мы… что?! – совершенно потерялся мужчина.

– Чтобы вы связали себя узами брака, – учтиво подсказал посыльный.

– Нахрена?! – крикнул Габриэль, от шока потеряв остатки самообладания – Это… это не имеет ни малейшего, гребаного смысла! Я даже не знаю ее! Мы… я… она не знает меня! Она же не знает? – резко повернулся мужчина к Вольфу – Я бы запомнил, если бы… я бы… я же не пил в последнее время? Я же не мог ее… – запаниковал Смит.

– Не волнуйтесь, капитан, – успокаивающе сказал Гринфайер – Вы несомненно мужчина высокой морали. Вы бы никогда не обесчестили молодую леди.

Смит повернулся обратно и ткнул пальцем в невозмутимого Вольфа, будто беря его в свидетели своей невиновности. От шока он даже говорить нормально не мог… его палец заметно дрожал.