Опаленные души. Часть пятая: Преданность лжеца

Опаленные души. Часть пятая: Преданность лжеца

Kriu

Глава 1. Чудесное утро

В глубине заводского района Лондона, в дебрях, в которые не решаются заходить даже самые отчаянные бродяги, среди смога расположился небольшой старинный особняк маленького аристократического рода.

Если бы какая-то отчаянная душа когда-нибудь наткнулась на это место, ее первой мыслью было бы – что за сумасшедшие решили здесь жить? Второй же мыслью этого постоянно кашляющего и вытирающего слезящиеся глаза индивида было бы – пустят ли эти психи его в дом, пока он окончательно не задохнулся? Впрочем, если бы путник был опытным жителем Лондона, то как и все уважающие себя горожане носил бы плотную, прилегающую к лицу маску, которая помогла бы ему нормально дышать в этом забытым всеми богами месте.

А если бы в это место пришел кто-то из жителей самого бедного района Лондона, особенно, если бы этот кто-то принадлежал бы к двум самым влиятельным бандам Англии, он бы точно знал, кто именно проживает в этом доме. Правда возможность этого была бы крайне низка, так как все работники ножа и заточки знали, кто здесь обитает. А потому обходили заводской район по очень и ОЧЕНЬ широкой дуге.

Итак, в один прекрасный, полный затененной серости день Рената Чендлер, старшая дочь самой обычной семьи, одна из последних представителей аристократического рода Блэквуд, наследница Черной Ведьмы, невеста Главы криминального мира, проклятого древним огненным демоном, сюзерен сильнейшего наемника Банды Зеленых Зверей, последнего артефактора бастардов рода Рэдфайер и Доктора Обреченных, по совместительству являющегося матерью нескольких проклятых артефактов и женой огненного демона (не спрашивайте) медленно села на своей кровати… стоящей в старом особняке рода Блэквуд, чей подвал вел в убежище Черной Ведьмы, скрывавшее в себе вампиров, немертвых, проклятые артефакты и живых кукол.

Иногда Рената Чендлер на несколько секунд прекращала все свои занятия и молча пялилась в стену, пытаясь осмыслить в какой именно момент ее жизни, эта самая жизнь свернула не просто не туда, а провалилась в какой-то другой, извращенный и насквозь безумный мир.