Власть любви. Академия Сиятельных

Его пустой взгляд напугал меня до дрожи. Да что ж с тобой случилось, мальчик?

— Скажите, я вам и вправду нужен как артефактор, или вам тоже потребовался личный раб? — бесцветным голосом спросил он.

— Что?! — я сегодня прямо бью все рекорды по глупым вопросам!

Так, надо сосредоточиться, у нас мало времени.

— Рассказывай, — опускаясь перед ним на корточки, потребовала я. — И, прежде чем ты сделаешь неверные выводы…

Я сжала ладони в кулаки, мысль об этом до сих пор причиняла мне боль

— Однажды я чуть не оказалась в роли постельной игрушки местного аристократа, моим спасением стала академия…

— Но…вы же леди! — в глазах паренька наконец-то появилось сознание.

Это отвратительно, когда взгляд живого человека — пустой. Будто у него забрали душу, волю к жизни, радость…

— Ты ведь знаешь, что моя семья была запечатана, а таким, как мы в высшем обществе отказано, — я улыбнулась, вспоминая свою жизнь в поместье. То, как убегала из дома, чтобы поиграть с местными ребятишками из крестьянских семей.

Я немного лукавила, все же свой статус и гордость от причастности к высшему сословию я почувствовала в момент противостояния леди Найдель на приеме, устроенном в мою честь. Точнее, я вспомнила, к какому роду принадлежу, чтобы достойно выйти из ситуации. Но… борьба со студентами в академии прочно вбила в меня, что я — леди, и большинство тех зазнаек, которые позволяли себе отпускать в мою сторону низкосортные шуточки, даже мечтать не могли стать частью великой семьи, каким и был род Сизери.

— Только сейчас речь не обо мне. Да, я хочу, чтобы ты был в моей команде, но, если ты хочешь уйти из академии, против твоего желания я не пойду.

Меньше всего я ожидала того, что паренек начнет плакать! Сначала он всхлипнул едва слышно, а затем разревелся в голос. У меня внутри что-то оборвалось от его слез. Бессознательно я сгребла его в объятья и как маленького мальчика покачивала из стороны в сторону.

Сияющая, что же происходит?

— Я… Я сам во всем виноват. Все моя вина, и…— взахлеб начал он.

— Все хорошо, — прошептала я, гладя его по спине и голове. — Все будет хорошо.

— Ты не понимаешь! — он попытался отстраниться, неожиданно и для себя, и для меня перестав мне «выкать».

Удивленно замер и заплакал еще горше!

— Я подвел свою семью и всю деревню, уничтожил поле с урожаем, и нам нечем было заплатить налоги.