Путешествие почти на самый край земли

Стены были сложены из того же кирпича, вентиляционные отверстия в потолке закрыты сварными решетками, также как и сливы в полу. Кое-где на стенах можно было увидеть странного вида трубы, о назначении которых Нелл не могла догадаться. Мебели, если не считать походную койку на которой она лежала, не было. Даже стола или стула. Все это делало назначение комнаты совсем уж непонятным, а любые домыслы — неприятными и пугающими.

Еще была дверь, железная, с заклепками, и выглядела она так, словно простояла тут по меньшей мере тысячу лет.

Пока Нелл осматривалась, пытаясь сообразить, куда же она попала, и — каким образом — в заскрежетал замок, и дверь с натужным гудением и скрежетом, оставляя на кирпичном полу борозду, открылась. На пороге стоял косоти. Вернее, Нелл предположила, что это был косоти. Внешне он ничем ровным счетом не отличался от восточных ядвингов — та же бледная кожа и раскосые глаза, но вот ощущение было другое, как и взгляд из-под прикрытых век. Ядвинги выглядели значительно более... беспечными, пожалуй.

В руках косоти держал прибор со множеством проводов и клемм, один вид которого вызывал нарастающее чувство тревоги.

Бросив на Нелл короткий холодный взгляд, косоти вдруг сделал что-то — совсем неуловимое движение, тень движения, даже можно сказать — и тело Нелл парализовало. Страх нахлынул, она едва не заорала от ужаса, паники и чувства беспомощности, но голос ей больше не подчинялся, скованный параличом, как и все остальное. Все, что ей оставалось, это смотреть затравлено и испугано на своего потенциального мучителя.

Косоти этот полный ужаса взгляд ничуть не тронул. Склонившись, он принялся прикреплять к телу Нелл клеммы. Пальцы его были холодны до мурашек, и клеммы — тоже, но Нелл даже дернуться не могла, и это причиняло ей все больше мучений. Будь у нее возможность двигаться, она бы по крайней мере попыталась уклониться, и уже одно это принесло бы ей облегчение.

Впрочем, когда косоти щелкнул тумблерами на своем приборе, она также ничего не почувствовала, что было несомненным плюсом.

Только услышала назойливое гудение — такое иногда издают некоторые электрические приборы или старые, плохого качества лампы. Но в итоге это было единственное неудобство, что ей причинил прибор. Несколько минут буквально ничего не происходило, затем косоти выключил свой прибор, снял все клеммы, смотал провода и — вышел, оставив Нелл в одиночестве. Медленно, постепенно ее телу вернулась чувствительность и возможность двигаться.