Спасти царевну 2: сохранить свою тень

– Ли, позаботьтесь о принце.

– Ежели мы с вами не взойдем на борт через склянку, царевич умрет, – напомнил штурман. Ему явно не нравились долгие разговоры и подозрительное равнодушие Золотого дракона к судьбе побратима.

– Сперва умрет софийский царевич, вонзивший нож мне в спину, а следом за ним – все остальные, – дежурно предупредил Киро обнажая клинок.

За его спиной, на борту «Неуловимого», про который все как-то успели позабыть, многозначительно распахнулись оружейные порты.

***

Елисею уже изрядно наскучило стоять просто так.

Наконец-то на палубе «Александры» началось какое-то движение.

– Время вышло, – равнодушно сообщил один из матросов.

– Как же вы мне надоели…

Елисей метнулся в сторону даже раньше, чем кто-то успел сообразить в чем дело.

Кто сказал, что оружием теней, могут пользоваться только тени? Веревки перетертые крохотным кинжалом, выдвигающимся из манжеты под правильным углом, упали на палубу.

Одновременно с этим грянул пушечный залп и палубу окутало дымом.

Елисей увернулся от удара одного из матросов, вырвал саблю из рук оглушенного вояки и, не раздумывая, прыгнул в воду.

***

Атака «Неуловимого» была короткой, яростной, беспощадной.

– Пленных не брать! Собутыльников не щадить. Убить всех, – коротко распорядился Скоморох. На сей раз он лично возглавлял абордажную команду.

Сопротивление экипажа захваченного судна было отчаянным, но недолгим.

Ни единого шанса.

Рыжий бом-брамсель, старпом Ингеборги, вытер клинок о кафтан и выпрямился. Он знал – пощады не будет.

– С наилучшими пожеланиями от Ингеборги, – Скоморох взял его за плечо и по рукоять вогнал саблю между ребер. Тело старпома простояло еще мгновение, а потом начало нелепо заваливаться набок. Брезгливо вытащив клинок, Скоморох взглянул на толпившуюся у него за спиной абордажную команду.

– Вот же идиот, – рассеянно заметил капитан «Неуловимого», – ежели подслушиваешь, так хоть делай сие нормально. Ингеборга нашла покупателя для груза, а не для корабля.

Насквозь мокрый царевич Елисей протолкался вперед, оценил обстановку и выразительно закатил глаза.

– Ингеборга хотела оставить его капитаном. Годков пять нормальной службы – и он бы смог выкупить у нее корабль.

Матросы дружно посмотрели на неподвижное тело, равнодушно смотрящее в небо.

– Я решил его не расстраивать, – пояснил Скоморох, в ответ на молчаливый вопрос Елисея, – помирать уверенным в своей правоте как-то приятнее.

– Милосердие в духе берегового братства? – не удержался от сарказма младший царевич.