Спасти царевну 2: сохранить свою тень

Ки Ран удивленно развернул бумагу с гербовой печатью правящего дома Империи, пробежал глазами несколько строчек – и лицо его потемнело.

Милада с тревогой наблюдавшая за метаморфозами на лице супруга, вопросительно посмотрела на наследного принца. Тот небрежно пожал плечами.

– И как сие понимать? – Киро наконец оторвался от занимательного чтения, и благодарным он совсем не выглядел.

– Император одобрил ваш союз. Лучший дипломат Софийского царствия занимался данным вопросом.

– Сие я понял. Но для того чтобы получить бумагу, нужно куда больше времени, чем было у посла, когда мы объявили о помолвке.

– Ну-у-у, – царевна Арина выглядела раздраженной и смущенной одновременно, – подозреваю, Елисей посадил посла на корабль тогда же, когда вы с Ее Высочеством впервые отбыли на Острова.

– Он был так уверен в нашей скорой свадьбе?!

Царевна Арина почувствовала себя очень неуютно в замкнутом пространстве тронной залы вместе с двумя чудищами.

– Мы надеялись… – обезоруживающе улыбнулась она, но тут же открестилась, – и не смотрите так! Я не знала, что мой деятельный супруг еще и посла науськал.

– Есть у меня подозрение, – голос Милады звучал безмятежно, но никто не сомневался, она весьма и весьма раздражена, – Его Высочество намеревался предъявить данную бумагу как личную инициативу Императора, дабы свадьба состоялась даже в том случае, ежели Ки Ран и я были бы настроены против.

– Он не стал бы… – неуверенно начала Арина Семеновна.

– Складывается впечатление, царевна, что я знаю вашего супруга, даже лучше вас самих, – отрезала Милада.

Киро впервые посмотрел на брата в упор.

– Наивно думать, что сей жест – ваше благословение, – Киро усмехнулся так, что всем присутствующим стало как-то жутко. В предполагаемом коварстве побратима тень не сомневался ни на миг. – Кто я для вас?

Он разговаривал на старософийском, даже не пытаясь перейти на родное наречие. Уровни вежливости имперского языка определяли положение говорящего.

Ион Лиан отвел взгляд. Губы его дрогнули, что при весьма богатом воображении, можно было бы расценить как улыбку.

– Я не знаю.

Киро кивнул, принимая ответ.

Познаний цесаревны Милады как раз хватало на то, чтобы понять: фразу можно было дословно перевести и как… «Я не знаю тебя».