Прятки с судьбой

— За месяц должны управиться, — ответила Людмила, разбирая мои косы.

— Целый месяц?! — вот так наказание. — Почему так долго-то?

— А ты как думала? Как никак, жениха княжне выбирают, а не булку хлеба на базаре. Да и уважить всех надо, чтобы никто в обиде не остался.

— Пусть всех берёт, вот умора будет!

— Вот бы рот тебе зашить, умора будет, — сердито отозвалась Людмила. — Неси, Айка, иглу, я быстренько с этой егозой управлюсь.

Мы с подругой кинулись врассыпную, давясь от смеха.

— Я батеньке нажалуюсь, ты, Людмила, княжне своей угрожаешь, — кричала я это, спрятавшись за спину хохочущей Айки, ну так, на всякий случай.

— Да вы поглядите на неё, — упёрла она руки в покатые бока. — Я вчера своей княжне исподнее меняла, а сегодня она на меня жаловаться будет.

Мы снова разразились хохотом. Людмила нет-нет, а тоже стала улыбаться. Она хоть и грозилась, что мы для неё сущее наказание, а души в нас не чаяла.

Мы с Айкой вместе улеглись в кровать, а сна ни в одном глазу не было. Как бы на нас няня не шикала, а мы всё шептали без умолку: гостей обсуждали.

— Хватит чужим женихам счёт вести, а то своих не дождётесь.

— Людмила, скажи, а правда, что ты драконовых невест видела?

— Видела, — кивнула Людмила, посмурнев разом. — Вам бы только голову забить всякими глупостями…

— А что с ними после стало? Их что, чудовище съело?

— А хоть кто-то вернулся? — мы с Айкой наперебой засыпали её вопросами.

— Никто не вернулся, а что с ними стало мне неведомо, — отмахнулась Людмила, уже порядком засыпая.

— Небось обманываешь, и не видела ничего, — мне самой в подобное с трудом верилось. Вот так взять, девиц собрать и увезти куда… Неслыханно.

— Я бы и рада забыть, да не получается. Сестра моя в том обозе была старшая. Я ещё и пяти годков не разменяла, а она уж красавицей на выданье была. Кто поумнее был, схронил детей своих от беды, а до нас, сирот, никому дела и не было. Уж Варенька моя и плакала, и умоляла их, не хотела меня одну оставлять. Тогда один из иродов драконьих встал в полный рост, чуть собой солнце не заслонив, глянул на меня так, что я вся похолодела.

— И ты больше сестру свою не видела?

— Нет, ни одной весточки от неё не было.

— Как же ты выжила, маменька? — всхлипнула впечатлительная Айка.

— Видать, Боги смилостивились, вот и выжила.