Я — фанатка

Они замерли. Я не смотрел на Марту, зная, насколько она сильна. Ни за что не собирался пропустить выражение лица сестры, когда и она это поймёт.

— Духи тебя раздери! — воскликнула сестра, выдирая руку.

— Ксения! — одернули её разом родители.

Я заметил, что Марта разжала ладонь не сразу, когда сестра хотела окончить поединок.

— Приятно познакомиться, — произнесла Марта.

Сестра потирала руку, сверля ту злобным взглядом.

— У тебя что, пятая точка раскрыта?

За Марту ответил отец, так же любуясь неожиданным поражением дочери.

— Она мастер-маг.

— Что? Та самая? — удивилась мама.

Она, разумеется, была наслышана о новоиспечённом мастер-маге после хлынувшей в столицу волны новостей в начале прошлого лета.

— Так это о тебе не унимались наши сплетники, — кивала Ксения своим мыслям. — Понятно, откуда столько сырой силы.

Ксения наконец немного угомонилась и села за стол, получила от матери замечание за внешний вид, и некоторое время мы провели в относительном спокойствии.

— Как тебе удалось окрутить нашего скромного Филиппа?

Я смерил сестру убийственным взглядом.

— Я охотилась три года, — с самым серьезным выражением лица произнесла Марта.

Ксения зашлась хохотом, отец подавился, мама из последних сил сдерживала смешок, я покраснел.

— Ну и шуточки у тебя, — утирая слезы, ответила Ксения.

Я покраснел ещё сильнее, сомневаясь, что это была шутка.

— Марта, ты у нас надолго?

— До конца каникул.

— Отлично, значит попадаешь на семейный ужин вечером. Берегись, тётю Свету…

— Светлану Витальевну, — по привычке, поправила мать, разрезая блинчик на ровные части.

— В общем, остерегайся её. Обычно она норовит обглодать мои кости, но, может, в этом году мне повезёт и ей придутся по вкусу твои? — сестра так и напрашивалась, явно определив в Марте соперницу.

— Если на меня нападет дракон, я надеюсь, мне на помощь придет принц, — произнесла Марта и посмотрела на меня полным обожания взглядом.

Я смущенно улыбнулся.

Ксения фыркнула, но продолжать не стала.

Яснее ясного, это был ещё не конец.

Глава 15 Марта

Серафим Никифорович не сводил с меня пытливых глаз. Ни капли дружелюбия или расположения — исключительно деловой интерес. Пелагея Витальевна лучилась радушием с лёгкой ноткой беспокойства за сына.