Я — фанатка

— А ты? — Кирилл испытывающие посмотрел на меня. — Ты отказался бы от фамилии, если бы мог?

Друг прочёл ответ на моём лице.

***

Крики и шум послышались из коридора. В общую комнату влетели Григорий и Максим. На лице мага земли красовался порез, скула наливалась багрянцем.

— Ты совсем спятил! — Орал Максим. — Ты посмотри на себя! Это нормально?

Мы с Кириллом поежились в креслах, понимая, что предстоит выдержать очередную склоку между этими двумя.

Как только пыль поулеглась и мы более или менее вернулись к прежним дружеским отношениям, Максим принялся убеждать Григория, чтобы тот перестал прикидываться грушей для избиения и оставил бредни о том, чтобы стать мастер-магом.

Должен признать, нас всех беспокоил Григорий и его нескончаемые увечья. Было больно смотреть, как остальные ребята, войдя во вкус, шарахали его заклинаниями почём зря, а друг даже не отворачивался.

Я пробовал воззвать к голосу разума Григория, то же сделал Кирилл. Друг остался непоколебим и мы бросили попытки его переубедить.

Максим продолжал убеждать Григория в глупости затеи. Маг земли только скрипел зубами. Ему явно не нравилось бесконечно повторяемое слово «глупость» в свой адрес и то, что друг нескончаемо осыпал его упрёками. Максим же, как истый маг огня, только больше распалялся и не отступал от стараний его разубедить.

Григорий присел на корточки перед Кириллом, подставляя разбитое лицо.

Тот недовольно фыркнул, но кровотечение остановил. Занялся распухающей скулой Григория под громкие вопли Максима.

Я малодушно приподнял край книги, которую читал, и понадеялся, что в этот раз меня минует шквал чужого огня.

— Ты думаешь, сколько так протянешь? — продолжал неистовствовать Максим. — Всерьез веришь, что непробиваемый, и тебе, что поварешке, пламя? А если завтра кто-нибудь в шутку решит приложить тебя крепче, тоже стерпишь?

Григорий молчал. По его лицу было видно, что чужие слова не пролетают мимо ушей, но он терпеливо позволял другу изливаться брызгами лавы.

Комната быстро опустела. Парни быстро смекнули, что нашла коса на камень, и после пары стычек с Максимом на предмет «нельзя ли вести себя потише», в коих неизменно выигрывал маг огня, предпочитали бесшумно ретироваться.

— Какой вообще во всем этом смысл? — продолжал Максим. — Ладно бы ты отрабатывал заклинания или учился новой магии, но становиться мальчиком для битья это перебор, не находишь?

Что ж, вопрос был резонным.