Она любила алый цвет

Но это была их семья и их отношения, и желания любопытствовать жизнями этих двух смертных у меня не было.

- И я, сэр,– безразличным тоном бросила мисс и потянула брата за руку. – Пойдем, Оливер, иначе ты простудишься… – Вдруг корабль сильно тряхнуло, затем он дал резкий крен вправо, и мисс Кингсли Маяр отбросило к самым поручням, и, невольно перегнувшись через них, девушка уже падала в бушующее темное море, но я моментально схватил ее за руку и не дал ей упасть вниз. Если бы не я, она стала бы добычей Посейдона, но я своим вмешательством лишил его новой жертвы…

***

- И, должно быть, это и стал тот миг, когда ваше сердце дрогнуло под печатью любви к ней, – едва заметно улыбнулся Седрик, вспомнив тот момент, как дрогнуло его собственное сердце на Нусельском мосту много лет назад, когда он жил в Праге.

- Совсем напротив: я затащил ее обратно на палубу, и ее брат тотчас увел ее в каюту. Сама мисс была так ошеломлена тем, что едва избежала смерти, что не выходила из своей каюты до самого Лондона. Там я сошел с корабля, нанял удобный дорожный кэб и вместе со своими немногочисленными сундуками, наполненными одеждой и книгами, прямиком направился в свой замок.

В этот самый замок... – Бернард глубоко задумался. – Да, именно так. Маркиз и его сестра остались в Лондоне, а я провел незабываемые три месяца в этом прелестном месте, а затем пятнадцать лет переезжал из города в город, веселя свою душу. Порой компанию мне составлял мой лучший друг. Ты, конечно, знаешь, его: Лесли Фредерик Эйвери Грейсон.

- Да, его сын рассказывал о вашей крепкой дружбе с его отцом, – подтвердил Седрик, но его чело тотчас пронзила глубокая морщина.

- В то время Брэндон был уже совершеннолетним и давно вылетел из родного гнезда. И мы с Лесли и Оливией, его супругой, знатно провели эти годы, путешествуя и вдохновляясь природой... Да, веселые были времена. О брате и сестре Кингсли Маяр я даже не вспоминал, словно никогда не встречал их на моем пути. Моя жизнь была беззаботным чередом знатных вечеров, балов и других увеселений, к которым лежала моя душа.

– Бернард мечтательно улыбнулся и с наслаждением отпил из своего бокала. – Моя жизнь проходила бы все так же бесцельно и ярко, если бы в один прекрасный день мне не вручили прямо в руки конверт с королевской печатью.

- И что же было в этом конверте, сэр?

- Королева Виктория, лишь год назад вступившая на трон, давала бал.

- И что же вы? Приняли приглашение?

- Нет. Но оно напомнило мне о том, что я давно не посещал Лондон.