Кай-Дон-Монский витраж. Часть II.

– Но если бы я сказал, что вместо семидесяти пяти лет Вы умрёте в шестьдесят, Вы бы согласились?

– Откуда Вы знаете, когда я умру? – прошептал Рунвар.

– Я не знаю, – Арнир едва заметно качнул головой. – Но Вы выглядите, как человек, способный прожить примерно семьдесят пять лет, может, восемьдесят. Разумеется, если считать именно старость. Болезни, смерть в бою, несчастные случаи могут сделать этот срок меньше.

– Как Вы это понимаете?

Рунвар не знал, почему ему так важно получить этот ответ, но он чувствовал, что готов спрашивать раз за разом, пока не проберётся через все слои эльфийской правды и не докопается, наконец, до человеческой.

Арнир едва заметно вздохнул, будто сдался.

– Я пережил достаточно много людей, милорд, – тихо сказал он. – Я научился понимать подобные вещи.

Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не попятиться. Рунвар знал, что эльфы живут долго, но не вполне представлял, насколько именно. Сколько лет Арниру? Лучше не задумываться. Выглядит почти подростком, и это сбивает.

Рунвар перевёл взгляд на свои сцепленные пальцы, пошевелил ими. Шестьдесят лет. Сейчас ему сорок шесть. Ещё четырнадцать лет. Ренару будет пятнадцать. Неужто не справится? Непрошенно полезли мысли об Альтаре. Нет, это совсем другое. Альтар остался один, а у Ренара есть Янера. Чтобы Янера – да не справилась с графством? Пфф, даже представить смешно!

– Я согласен, – сказал Рунвар, чувствуя, будто ставит печать под собственным смертным приговором. – Что я должен сделать?

“Прийти на перекрёсток трёх дорог в ночь новолуния и напоить своей кровью путевой камень”? Наружу так и лезла какая-нибудь глупая нервная шутка вроде этой.

Арнир полез за пазуху, и вытянул оттуда кулон на цепочке. Подался вперёд и беззвучно опустил его на стол. Рунвар пригляделся. Полупрозрачный, исчерченный параллельными полосами сине-зеленый камень в серебряном обрамлении. Металл застыл причудливыми потёками, будто обхватил свою добычу и не собирался её выпускать.

– Возьмите, – сказал Арнир.

Рунвар повертел кулон в руках. С обратной стороны он был совершенно гладким. Рунвар задумчиво провёл большим пальцем по камню. Турмалин, внезапно вспомнил он. Никогда ведь особо не разбирался в камнях, а тут название само собой пришло в голову. Камень казался теплее, чем положено быть украшению, которое носили на теле. Рунвар приложил кулон в запястью. Действительно, тёплый.

– Вы это почувствовали, – уверенно заявил Арнир.

Рунвар поднял взгляд.